Общество. 19 мая 2014, 10:00
Дмитрий Ковпак. Фото: РИА PrimaMedia, Антон Балашов

Россия - депрессивная страна – психолог из Санкт-Петербурга

По словам доцента кафедры психологии и педагогики, тревога жителей страны доходит до панической атаки – пикового страха (ВИДЕО)

19 мая 2014, PrimaMedia. Согласно статистике, население России очень депрессивное. Как минимум четверть населения в данный момент находится в клинически выраженном тревожно-фобическом расстройстве. Тревожность перерастает в паническую атаку. А это в свое время выливается в физическое недомогание и ухудшение общего состояния. О том, что пугает жителей страны, в эфире PrimaMediaLIVE рассказал Дмитрий Ковпак, доцент кафедры психологии и педагогики СЗГМУ им. Мечникова в Санкт-Петербурге.

- Вы приехали во Владивосток с семинарами. Расскажите о них поподробнее. Семинары предназначены только для профессионалов или же на них может прийти любой желающий?

- В первую очередь они рассчитаны на профессионалов. Я занимаюсь когнитивно-поведенческой психотерапией. Когниция – это мысль, суждение, познание. Мой семинар о том, как наше мышление меняет нашу жизнь, и как мы можем посредством мышления воздействовать на нее, как мы можем менять наше поведение, а через него и качество жизни. Когнитивно-поведенческая психотерапия, к слову, на данный момент является самой популярной на планете. По разным подсчетам около 60-70% клинических психологов и психотерапевтов в США, Западной Европе и целом в мире  занимаются именно данным типом психотерапии.

- На полках магазинов можно найти множество книг, посвященных теме улучшения качества жизни. Это добавляет вам работы или, наоборот, уменьшает?

- Если это качественная литература, то она, конечно, дает человеку возможность лучше понять себя. Однако есть литература, которую можно назвать так: "Как управлять вселенной и не привлекать при этом внимание санитаров". Подобные книги могут провоцировать людей на неподходящие реакции. Есть такой литературный жанр, как поп-психология. Это не глубокое, поверхностное изучение. Одновременно с этим в подобной литературе ставятся высокие цели, которые чаще всего разбиваются о реальную жизнь, потому что без труда не только рыбку не вытащишь, но и качество жизни не повысишь. Поэтому, с одной стороны, работать над собой нужно,  но с другой стороны, сделать это быстро, как обещает подобная литература, невозможно. Такие книги обесценивают значимость системного труда. Литература – хорошо, знание – это сила, однако не стоит забывать о том, что не каждая книжка отличается качеством. Я сам писатель, на сегодняшний день я написал 10 книг.

- О чем ваши книги?

- Часть из них – специальная, профессиональная литература, но есть и популярные книги для всех. Последняя вышла в канун Олимпиады, и называется "Олимпийское спокойствие". Она рассказывает о том, как сохранять спокойствие, внутреннее равновесие, баланс, гармонию с собой, миром и близкими.

- С какими вопросами к вам чаще всего приходят наши соотечественники, есть ли какая-то статистика?

- Печальная статистика говорит о том, что наша страна очень депрессивна. Зачастую депрессия не осознается и соматизируется, то есть превращается в телесные симптомы. Вегето-сосудистая дистония – классический пример диагноза, за которым прячутся различные эмоциональные нарушения. Помимо депрессивности, это еще и высокая тревожность. Я профильно занимаюсь тревогами и страхами, я писал диссертацию на эту тему. Даже увидев людей вне моего кабинета, я замечаю некоторые клинические признаки у прохожих. Как любят шутить врачи: нет абсолютно здоровых, есть недообследованые. Человек не рождается гармоничной личностью. Он появляется на свет с раскрытым потенциалом, и всегда есть в чем ему помочь. Какие-то вещи в социальном, либо личном плане запускаются, из-за чего накапливается целый ряд проблем. Поэтому, психотерапия – это, в первую очередь, способ улучшения качества жизни, и только во вторую - борьба с клиническими проблемами. К сожалению, люди приходят тогда, когда все уже запущено до стадии тяжелого клинического случая. У них депрессия, им не хочется жить, все кажется темным и серым, тревога доходит до панической атаки. Терпеть становится сложно, и человек вынужден идти "сдаваться" психотерапевту. В России все, что начинается со слова "психо" воспринимается, как безысходность. Такое отношение и заставляет человека тянуть до последнего, в отличие от западных стран, где уже сложилась культура обращения к психологам, психотерапевтам и даже психиатрам.

- Почему наши люди так боятся обратиться к специалисту? Меняется ли ситуация сейчас?

- Меняется. Однако в нашем обществе отношение к психическим болезням гораздо хуже, чем к физическим дефектам. Человек не готов делиться личными проблемами. В нашем обществе это некое табу. При этом далеко не всегда человека беспокоят именно психические заболевания. У страха глаза велики. Человек может надумать себе, что он инвалид нулевой группы, в то время как на самом деле у него обычные психологические проблемы, которые, накапливаясь, достигли такого пика.

- Связана ли ситуация с депрессиями и страхами с тем, что люди вовремя не обращаются за помощью?

- Отчасти связана. Профилактика бывает первичной и вторичной. Вторичная профилактика подразумевает явные проблемы, и чем раньше человек обратиться за помощью, тем будет лучше для него. Первичная профилактика предназначена для того, чтобы человека не засосало болото вредных мыслей, и он не оказался загнанным в угол депрессии. Здесь проходит работа на глубинных уровнях, рассматриваются вопросы смысла жизни, ориентиров, и этим, в том числе, занимается психотерапия.

- Верно ли выражение о том, что мысли материальны? Согласны ли вы с позицией автора книги "Секрет", в которой говорится о том, что мыслить нужно только позитивно?

- Книга, как и фильм, снятый по ней, являются скорее упрощением проблемы, чем ее решением. Действительно, от мысли зависит многое. То направление  психотерапии, которым я занимаюсь, придает мыслям очень большое значение. Через мышление мы влияем на свою деятельность. Однако только одними позитивными мыслями нельзя ничего добиться. Если нет деятельности, то никакие позитивные мысли студента, не помогут ему сдать экзамен. Есть в психологии такой термин "самосбывающееся пророчество". Черная кошка – яркий его пример. Если я считаю, что дальше что-то произойдет, то я особым взглядом смотрю на это или напрягаюсь. Если я считаю, что у меня должны задрожать руки, то я к ним начинаю прислушиваться, и они начинают вести себя как-то своеобразно. Через пять минут они начнут мелко подрагивать, через час рассуждений это будет уже размашистый тремор. Я думал, что у меня задрожат руки, потому они и задрожали. Так же что-то может сломаться, треснуть, но не потому, что это  сделала мысль. Если бы это было бы так, то была бы справедлива и обратная форма: подумайте о чемодане с миллионом евро, и он упадет вам на голову.

- В книге говорят, что все возможно и что хватит даже часа.

- Для этого и пишут все эти книги. Простые и быстрые решения – самый продаваемый товар. Один журналист позапрошлого века, Менкен, писал, что человек всегда хватается за решение простое, быстрое, но чаще всего в связи с этим ошибочное. Это попытка все уложить в то, что сейчас на Западе называют микроволновым мышлением. Все, о чем нужно думать дольше пяти минут неинтересно, потому что у людей на это нет ни сил, ни времени, ни желания. Книга "Секрет" укладывается в такую "микроволновку": ее легко понять, потому что не нужно анализировать, изучать и думать. Сказали, что есть закон притяжения - думай, и все притянется. У нас же есть на эту тему произведение классика про товарища по фамилии Обломов. Он очень много думал, но ничего не материализовал. Мышление конструктивно только тогда, когда оно идет на одной оси с деятельностью. Я всем советую читать наших классиков, которые были достаточно толковыми людьми. Достоевского, например, читают не только у нас, но и на Западе и восхищаются им, потому что он вскрыл важные механизмы и отразил их в понятной доступной форме.

- Весной людей чаще всего волнуют вопросы самомотивации. Что это за проблема?

- В психологии давно используется такой термин, как прокрастинация, то есть откладывание на потом. Любое живое существо хочет совершить минимальное количество телодвижений. И здесь важна мотивация, нужна цель. Желание – это что-то аморфное и размытое. Цель – это некий маяк, к которому человек может стремиться. Цель подразумевает план достижения, некие этапы маршрута с промежуточными пунктами. План позволяет отслеживать то, что я делаю сейчас, чтобы попасть из пункта "А" в пункт "Б". Можно хотеть чего-то всю жизнь, но так и не сделать ничего для достижения цели. 

- Можно ли психологически объяснить причину, по которой люди не переходят от слов к делу?

- Люди привыкли, что им все приносят на блюдечке. Вспомните детство: ребенку достаточно закричать, и тебе дадут желаемое; либо постараться угодить, и родители наградят пирожком. Люди привыкают к тому, что подобными манипуляциями можно управлять вселенной. Но как только ребенок приходит в детский сад, выясняется, что все окружающие точно также хотят получить свои пирожки. В школе, вузе или на работе детские уловки уже не работают, а память остается и говорит, что нужно заплакать, и в трудной ситуации мы плачем, даже когда никого нет. Бездеятельность - вот то, что мы себе прививаем. Если мы сознательно не будем себя от этого отучать, то упустим очень многие возможности. У человека каждую секунду есть выбор. Если ты не делаешь выбора - это тоже твой выбор. Когда ты решаешь что-то не делать, ты находишь себе оправдание: "Я не мог, потому что были обстоятельства". Человек склонен винить кого угодно, но только не себя.

- Как бороться  со стрессом и как он проявляется? Имеет ли он свойство накапливаться и выливаться в более серьезные формы?

- Автор термина "стресс" Гана Силье, ученый с мировым именем, говорил, что стресс – это не проблема. Плохо, если он накапливается и приводит к дистрессу – хроническому стрессу, потому что тогда он истощает человека. Стресс – это всего лишь реакция на ситуацию, говорящая нам, что нужна мобилизация, особенно если есть какие-то внешние неблагоприятные условия, из которых нам нужно уносить ноги. Сначала у нас возникает  психологический, эмоциональный импульс, и только потом уже физиологический с выбросом адреналина. В данном случае мы переходим в состояние хронического стресса. Человек ходит загруженный своими мыслями или фантазиями. Есть несколько таких категорий, которые изучаются в психотерапии. Они называются иррациональные установки. Например, катастрофическое мышление, когда человек заранее придумывает себе катастрофы, пытается найти им решение и понимает, что выхода из них нет.

- Много ли таких людей?

- Достаточно. Как минимум четверть населения в данный момент находится в клинически выраженном, тревожно-фобическом расстройстве. У кого-то это панические атаки, у кого-то психосоматика, спазмы. Могут появляться мышечные блоки и зажимы. Психосоматика - это когда психика влияет на тело. Зажим какой-то области приводит к ухудшению кровотока и болевым синдромам. Из-за того, что зажаты нервные окончания, могут появиться спазмы внутренних органов и их дисфункции. Например, синдром раздраженного кишечника. Это может быть ситуационно. Например, "медвежья болезнь" абитуриента. Не нужно его класть в инфекционную больницу, хотя иногда они и попадают туда. Анализы показывают, что нет никакой инфекции. Экзамены закончились – все нормализовалось. Сегодня выясняется, что большая часть посетителей поликлиник - это пациенты психотерапевтов. Каждый четвертый пациент с тахикардией, сосудистой дистонией, пришедший к кардиологу – потенциальный подопечный психотерапевта. Часть пациентов гастроэнтерологов, пульмонологов и даже эндокринологов - люди с психосоматикой.

- То есть, им нужно идти к другому специалисту?

- Да. Однако иногда пациент попадает в поликлинику, как в лабиринт, в котором его один врач футболит к другому. Посмотрели щитовидку – все в порядке, странно, а врач думал, в этом причина. И человека направляют к неврологу, который скажет, что у пациента остеохондроз. Врачи будут советовать сдать все больше и больше анализов, которые могут выявить элементарные возрастные изменения. За них вполне могут зацепиться медицинские работники, чтобы убедить человека в том, что он стоит на краю пропасти. Если это мнительный и впечатлительный человек, то все превращается в снежный ком. После того как он почитает различные источники в интернете, пообщается с друзьями и бабушками, которые расскажут, сколько трагических историй произошло на их памяти, у него в голове произойдет трагедия. Человеку начнет казаться, что все эти истории срисованы с него. Здесь свою роль играет механизм самосбывающегося пророчества. Человек говорит: "А вдруг я смертельно болен?", и начинает находить у себя различные симптомы – сердце стучит, голова кружится, воздуха не хватает, однако, когда приезжает скорая, она сообщает, что все в порядке. Человек обычно ищет в себе признаки болезни и винит врачей в плохом обследовании.

- Как пересматривать свои привычки?

- Буквально в форме таблицы. Анализ полезней проводить, научившись видеть свои скрытые мысли. Современные психологи подсчитали, что человек способен крутить к голове одновременно не более семи мыслей. Плюс-минус две - это рекорд. На самом деле - это микроскопическое количество. Человек крутит намного больше мыслей, сотни, тысячи, просто он их не замечает. Верхний слой он видит, однако помимо него существуют автоматические мысли, то есть то, что выходит за пределы нашего восприятия. Если вы говорите по сотовому телефону, несете сумку, смотрите по сторонам, то что-то вы начнете делать автоматически. Вы можете споткнуться, пропустить нужный поворот, потому что вашего внимания на это уже не хватает. Это пример того, что в автоматизм могут  вкрадываться сбои и ошибки, которые вы не замечаете. Умение видеть более глубокие мысли – некий навык, который нужно тренировать. На сегодняшний день в психологии существуют различные методики, которые позволяют лучше видеть и понимать свои скрытые мысли. Следующий шаг – это изменение того, что вы увидели. Если вы музыкант, и видите, какую ноту играете не так, то это не значит, что с понедельника вы начнете играть блестяще. Вам нужно, помимо того, что вы нашли эту ноту, найти ее замену и начать тренироваться. Здесь такой же подход, хоть это и кажется банальным и рутинным, но этим нужно заниматься. Всем хочется, чтобы был "волшебный пинок", гипноз, или тот же закон притяжения из фильма "Секрет", но все это лишь примеры того, как не надо работать. Наш человек не очень хочет работать. Он донес свое тельце до больничной койки, лег и стал ждать, когда за него разберутся со всеми его проблемами. Как в травматологии: гипс наложили и ждем, пока срастется. С собственной головой так не получится. Это машина, которой нужно научиться управлять, в противном случае она улетит  в кювет. Если ты бросил руль, то рулить некому. Возникает иллюзия, что если в этот момент начать жаловаться, кричать и ругаться, то кто-то возьмет руль. Но у каждого он свой. То, что я назвал – это механизмы защиты, а защита – не хорошая штука в психологии, так как это патологические формы отделения себя от жизни, мира и уход не туда.

- Что такое панические атаки? Являются ли они одной из форм стресса?

- Это один из видов невроза. Паническая атака – состояние пикового страха, ужаса, который переживает человек. Паника – это состояние мощного стресса. Но состояние не только эмоциональное, но и физическое: колотится сердце, учащается дыхание.

- Может ли человек упасть в обморок в таком состоянии?

- Чаще всего, нет. Человек очень хочет упасть, верит, что упадет, но все никак не падает. По 500 раз пытается, но ничего не выходит. Казалось бы, такая статистика должна остепенить человека, но он упорно хочет упасть и говорит: "Я почти упал в обморок". А если 10 раз "почти", то за один уже точно можно сосчитать. В этом и специфика: когда человек верит своим фантазиям, в сумме они достигают критической массы. Паника – это пример того, как человек своими домыслами может загнать себя в угол. Паникер – очень здоровый человек, но верящий в то, что он не просто больной, а умирающий, причем смертью лютой, жуткой и самой мучительной.

- Как люди доходят до такого состояния?

- Творческие личности крутят в голове много плохих мыслей, и когда они закручивают их узлы, их "накрывает". И чем крепче их "накрывает", тем больше в это вовлекается тело. Они говорят: "Вот же, сердце стучит, значит, оно больное". На самом же деле сердце стучит, потому что они волнуются. Если они смотрят страшный фильм, и у них стучит сердце, то они ничего не говорят. Если бегут, то тоже нет к сердцу претензий. Здесь же возникает иллюзия того, что они ничего не делают. Однако эти люди не учитывают того, что они столько всего нафантазировали за последние три минуты, что не стучать сердце не может. Творческие люди все время забегают вперед и ждут там различных ужасов. Им свойственно катастрофическое мышление. Они умеют создавать всевозможные кошмары и верить в них. Вообще всем россиянам свойственно создавать себе сложности, а затем героически их решать. Человек с паническим расстройством – классический пример. Сначала он создает катастрофу, а затем говорит: "Надо как-то это решать". Затем опять же сам себе говорит, что проблема никак не решится. И тут он оказывается в ловушке. Из всех возможных вариантов, человек, обладающий максимализмом, выберет самый худший. Однако его инстинкт самосохранения будет требовать: "Ищи выход!". В этот момент возникает конфликт и мощное напряжение, которое выплескивается в тело - появляется тахикардия, специфическая работа сосудов, мышечное напряжение, доходящее до дрожи в теле, ощущение предобморочного состояния, учащение дыхания. Когда человек приходит к врачу, ему говорят, что у него все в порядке, а он думает, что умирает, и ощущения на самом деле необычные, яркие и дискомфортные. То, как человек себе это объясняет, и превращается в его проблему. Он забегает вперед, верит, что умрет, ему становится от этого дискомфортно и эмоционально, и физически. Он думает, что еще чуть-чуть и все, но это "чуть-чуть" может тянуться и 20 лет, и 50.

- Как с этим бороться?

- Здесь требуется изучение механизмов: человеку нужно понять, как он приводит свой организм в такое состояние. На самом деле все делают это с помощью своей головы. В мыслях допускается масса ошибок, однако человек не склонен в чем-то разбираться. Панику он может создать за пять минут, а разбираться в ней придется не один месяц. Поэтому возникает следующий парадокс: человек предпочитает не решать проблемы, а страдать. Если говорить про ту же таблицу - попробуйте заставить нашего человека ее написать. Обычно мы разбираем все устно. Это другая форма. Критика к устной речи на порядок меньше, чем критика к речи письменной. Потому что на письме мы все фиксируем, а устно мы крутим фактами, перескакивая с одного на другое, что-то подтасовывая. Здесь логика отдыхает. Как наш человек думает о самолетах? Самолеты - это самый безопасный вид транспорта, однако наш человек поедет на машине, потому что боится летать. Он, даже зная статистику, будет говорить, что ему достаточно одного упавшего самолета. Все равно, сколько их там летает. Здесь возникает подтасовка фактов, нелогичность и куча нерабочих установок, которые мы даже не сможем перечислить. Увидев за год три сюжета про разбившиеся самолеты, человек начинает, крутить их в голове. Происходит следующий феномен - если он крутит четыре самолета, то рано или поздно они для него будут застилать все, что есть. Вновь и вновь он будет прокручивать в своей голове новости про горящие обломки, которых на самом деле никто не показывал - их достроила фантазия. В конце концов, человек говорит: "Ну конечно они падают. Я вот как не вспомню о самолетах, так они не долетают". Получается кривая статистика.

- Что такое трудоголизм?

- То, что в этом слове к труду добавлено "голизм", уже должно вызвать подозрения. Хорошее слово так вряд ли назовут. Это отражает сам принцип зависимого поведения – алкоголизм, шопоголизм и так далее. Это пример того, как человек убегает от чего-то. Когда люди напиваются, они хотят что-то забыть. Поэтому трудоголизм –  один из способов уйти от проблем.

- Как с этим бороться?

- Это пример подмены ценностей и целей. Еще древние греки пытались обратить на это внимание общественности. Нужно понять для себя: я живу для того, чтобы работать, или работаю для того, чтобы жить. Когда человек живет, чтобы работать, возникает подмена цели. Работа становится попыткой решить другие проблемы, например, в отношениях: если человек не хочет возвращаться домой, он может задерживаться на работе. Это может быть попыткой не решать сложные вопросы: работать и уставать так, чтобы не было сил думать. Есть такой англоязычный термин "эскопизм" - избегание. Трудоголизм – это социально приемлемо, так как вас никто не будет осуждать, как алкоголика, а может даже, наоборот, повесят на доску почета. Но с психологической точки зрения это патологическая проблема. Чаще всего трудоголики – это люди, которые хотели меньше всего работать и больше всего отдыхать: "Сейчас я хорошо поработаю, а потом хорошо отдохну". Но человек забывает, что хотел отдыхать. Помнит только, что нужно много поработать.

- Что может послужить сигналом к тому, что пора задуматься для чего я живу?

- Во-первых, если человек ничего не успевает, значит, у него нет системы. Он не понимает, чего он хочет больше, и ему кажется, что он хочет всего одновременно. Когда сбиваются понятия "могу, хочу, должен", стоит пересмотреть свое отношение к жизни. Следующий этап – физиология: ухудшается сон, снижается сексуальное влечение, теряется внимание, человек становится забывчивым и рассеянным. Возникают различные физические симптомы: слабость, головные боли, повышенная чувствительность, человек срывается, его начинает раздражать то, что раньше не цепляло, например, яркий свет, подушка не та.

- Является ли синдром Плюшкина  побегом от реальности?

- Это защита,  попытка накоплением перекрыть все обстоятельства. Существуют разные трактовки такого поведения, но в первую очередь, это попытка удержат контроль над своей жизнью материальными объектами. Данная проблема тянется из детства. Обычно родители таких людей не могли найти на них время и откупались подарками. Взрослым казалось, что чем ценней вещь,  тем лучше они выполняют родительский долг. Ребенок приучается к тому, что ценность жизни постигается через материю, а не через отношения и душевную близость. Человек отучается от общения и привязывается к вещам.

- Если дома появляется склад, это повод задуматься?

- Повод задуматься уже появляется уже тогда, когда не влезает в шкаф.

- Сейчас, кстати, в моде минимализм. В Интернете много блогов, форумов и даже движений, посвященных этому направлению.

- Это опять же попытки решить проблему через форму. Надо смотреть на содержание. Можно, конечно, стать аскетом, оставить только плошку под рис, как делали буддисты, и уйти в горы. Чем вы будете заниматься при этом? Если вы будете заниматься духовным ростом, то это во благо. А если вы будет просто гордиться тем, что вы аскет и соревноваться с другими аскетами, то это лишь форма. Любую вещь можно превратить в формальность. Я согласен, лучше, когда у людей меньше вещей, но если стать и в этом максималистом, то возникнет проблема. Один из учеников Сократа, указывая на дыру в своей тоге, хвастал тем, что он готов ходить в обносках. Сократ отвечал, что через эту дыру видит его тщеславие. Когда человек занимается чем-то толковым, то он не вязнет в пропаганде. Однако если он что-то доказывает, то возникает вопрос: "Что и кому ты доказываешь?".

- В последнее время часто приходится читать, что дети и подростки уходят из дома. Чем можно объяснить такую склонность к бродяжничеству у ребенка?

- Не могу сказать, что так поступают многие. Иначе мы бы видели, что вся страна находится в движении: одни бродят, другие их ловят. Однако есть такие семьи, из которых хочется уйти, в таком случае вопрос нужно задавать семье, а не бродяге. Исключительно низкий процент составляют драмоманы – люди, патологически склонные к бродяжничеству. Остальное – попытка протеста против того, что видит ребенок в семье. Что-то его не устраивает: лицемерие, ложь, насилие, диктат, отсутствие контакта. Есть и другие варианты проявления протеста: попытка вырваться из орбиты родителей, иметь собственное мнение и оценку, иногда путем попирания, отрицания каких-то ценностей. Чтобы человек не стал тенью, ему нужно иметь собственное мнение, пусть иногда ошибочное. Поэтому, когда ребенок в три года начинает плеваться и все бросать, это его попытка найти границы и найти себя в этих границах. Тоже и у подростков. Если его сломать в этот момент, он будет всю жизнь инвалидом. Здесь нужен разумный баланс. Если то, что он делает, не вредит ни ему, ни окружающим, то пусть он ищет себя и свои границы.

- Что такое эмоциональная коррекция? Какие методы используете именно вы? Кому и для чего это нужно? Вы можете, например, по улице идти и видеть тех, кого следует скорректировать?

- Нет, я по улицам хожу без мысли о том, кого бы скорректировать. Я стараюсь на работе оставлять все свои эмоциональные привычки. Когда они лезут ко мне в голову, я стараюсь себя поправлять. Если заниматься чем-то одним постоянно, то это приводит к потере интереса в своей профессиональной деятельности. Коррекция полезна любому человеку, если у него что-то идет не так. Она необходима, чтобы не превращать его состояние в выраженную патологию или расстройство. Коррекция – более мягкий термин, чем психотерапия. Она затрагивает в первую очередь, эмоциональную сферу, когда человек испытывает избыточные эмоции - много раздражается, грустит, тревожится. Эта избыточность – повод задуматься. Способы, которые в ней применяются, те же, что и в психотерапии. Лично я использую когнитивно-поведенческий подход. Это работа Павлова, Бехтерева, таких известных людей, как Альберта Эллиса, Алана Бека и их учеников.

- Говорят, что психологи нередко сами страдают от депрессий. Правда ли это? Как вы справляетесь со стрессами?

- В каждой шутке есть доля правды, поэтому в данном вопросе частично отражается проблематика. По статистике, среди психологов, психиатров и психотерапевтов в шесть раз больше больных людей, чем в популяции. Поэтому и существует такая мифология, что если повелся с больными людьми, то практически инфекционным путем заразишься, и будешь ходить, потом крокодильчиков с себя сбрасывать. Однако это не совсем так. Скорее всего, тому виной причина, по которой люди имеют какой-то интерес к психологии. Хорошо, если это интерес познавательный. Когда человек убегает от чего-то плохого, он может, и свои проблемы не решить, и частично транслировать их своему пациенту. Бывает, что один психотерапевт идет к другому. При этом не обязательно, что он мучается депрессией. Есть такой термин, как супервизия, когда более опытный коллега может обсудить с тобой какой-то клинический случай. Иногда это собственные переживания по поводу профессиональной нагрузки. Здесь помощь коллеги – взгляд со стороны или некая рекомендация в техническом смысле. С другой стороны, врачи тоже люди, которые болеют или расстраиваются. Странно было бы видеть стоматолога, который бы не ходи к другим стоматологам.

- Как снизить общий уровень тревожности, перестать беспокоиться и начать жить?

- Вопрос звучит как название книжки Дейла Карнеги. Нужно разбирать причины и механизмы того, как я делаю себя тревожным. Поэтому, первое, что необходимо сделать – принять ответственность за то, что со мной происходит. Мы – кузнецы своего счастья или несчастья. Если ты признаешь, что ты в чем-то участвуешь, у тебя появляется шанс это изменить.

- Что бы вы посоветовали нашим зрителям и читателям?

- Исходя из контекста нашей передачи, думаю, вы уже сделали основной вывод, который, на мой взгляд, заключается в том, что мы сами кузнецы своего счастья или несчастья. Поэтому, я предлагаю взглянуть на то, что вы с собой делаете и на то, что уже сегодня вы можете начать делать по-другому.

Подпишитесь на ежедневную рассылку новостей

Подпишитесь на нас в соцсетях и мессенджерах

 

© 2005—2017 Медиахолдинг PrimaMedia