Пластический хирург Сергей Мошак: Я всего лишь разрушаю женские иллюзии

Доктор согласен с выражением Платона: "Красота – это великолепие добра"
Сергей Мошак. Фото: http://vladmedicina.ru/files/news2/167.jpg
ВЛАДИВОСТОК, 3 февраля, PrimaMedia. Один из лучших специалистов Дальнего Востока, известный пластический хирург Сергей Мошак рассказал РИА PrimaMedia, в чем прелесть и сложность пластической хирургии.

Справка

Сергей Мошак – знаменитый пластический хирург Дальнего Востока. Родился в Москве, учился 2 года в художественной школе г. Николаева. В свое время работал художником, электриком, плотником, охранником и даже грузчиком. Закончил 2 курса Одесского института  инженеров морского флота, отслужил в ВМФ во Владивостоке. Закончил Владивостокский государственный медицинский университет по специальности  ЛОР-ординатура. 5 лет работал во врачебной косметологической лечебнице г. Владивостока, Стажировался в Москве, Твери, Ярославле. Участвовал в ежегодных конференциях в России и зарубежом: 2003-Сидней, 2004-Хьюстон, 2005-Вена, 2006-Нью-Йорк, 2007-Чикаго-Нью-Йорк. С 2003 работает пластическим хирургом в краевом диагностическом центре Владивостока.


- Почему вы решили стать врачом, а потом еще и пластическим хирургом?

- Когда я принимал это решение, сработало уязвленное самолюбие. Я учился на кораблестроителя. Закончил два курса Одесского института инженеров морского флота и пошел служить на флот. Сослуживец мне сказал, что любое образование в нашей стране, кроме медицинского, можно получить по книгам. Так как я был отличником, меня это задело. Очень захотелось доказать самому себе, ему, всем окружающим, что я смогу отучиться на этой специальности, и поступил на медицинский. В семье, где никогда не было врачей, я стал первым.

- Как вы осмеливаетесь оценивать красоту пациентки? Кто определяет параметры красоты?

- Раньше я даже навязывал свое мнение пациентам, свое видение. Что давало мне право? Прежде всего, это опыт и знания. Женщины, которые приходят на прием, не знают, с чем сталкиваются, у них нет опыта работы с пластической хирургией. У меня он есть, к тому же я могу рассказать потенциальным клиенткам о предыдущих случаях, о том, как это было с другими людьми.

 - А сейчас?

- Сейчас на первый план выходит желание помочь человеку, вылечить его, избавить от проблем, которые его привели ко мне. Могут быть разные ситуации. Иногда достаточно одного вмешательства, чтобы человек остался доволен. Тащить её в операционную и "все переделывать" - я считаю неправильно. Сначала женщину необходимо убедить проверить свои силы - то есть, пережить небольшую операцию, прыжок с парашютом, поход в горы -  проверить себя... Если она поймет, что действительно этого хочет, то я это делаю.

- Если женщина недовольна своей красотой и хочет стать Анджелиной Джоли? Что вы говорите в таком случае?

- Женщина приходит и делает свой собственный заказ. Если наши взгляды совпадают и реально можно что-то сделать, то почему бы и нет, можно взяться и за такой проект.

- Значит из Жигули можно сделать Мерседес?

- Чаще всего это очень долго и хлопотно, представляете, сколько нужно вложить сил и средств, и я всегда задаю вопрос, "стоит ли овчинка выделки". Если человек убеждает меня, что это так, то почему бы и нет.

- Ограничены ли возможности нынешней пластической хирургии? Что до сих пор ей неподвластно?

- Сложнее всего пришивать нервы. Все ткани, сосуды сшиваются, кроме нервной системы, потому что пока еще никому неизвестно полностью, как она работает.

- Какая была ваша самая сложная операция?

- Попадаются сложные люди, а в техническом плане сложностей нет. В техническом плане были продолжительные операции. Со временем растет мастерство, анализ ситуаций, и, если лет пять назад какие-то операции казались мне трудными, сейчас это все решается намного проще и быстрее.

- Не возникало у вас сомнений, что делаете что-то неправильно? Что нельзя исправлять то, что дано человеку от природы?

- Были сомнения, но я нашел ответ. Может быть, сам бог привел этого человека ко мне. Нужно поговорить с клиентом лично. Он же не просто так пришел, что-то это вызвало, а не хирург надоумил. Я не пропагандирую, не рекламирую, не продвигаю свои услуги на рынке, не создаю коммерческого напора в своей работе. Первопричинное желание должно само родиться у человека, и тогда у меня не будет мучений совести.

- Каков средний возраст пациентов?

- Статистика делится по видам операций, разные виды характерны для разного возраста. В ринопластике, например, с изменением носа, чаще встречается молодежь 18-30 лет, увеличение груди -  25 – 35 лет, подтяжка от 35 до 40, работа с телом - от 40 и выше.

- Красивым людям лучше живется? Меняется ли "возрастной лимит"?

- Американцы подсчитали, что 14% красивых людей живут лучше, им проще двигаться по карьерной лестнице, они затрачивают меньше сил. У молодежи есть куча других вещей, которые могут отвлечь их от пластической хирургии, сфера развлечения не стоит на месте. Лично я не стану создавать условия, при которых подросток пойдет к нам оперироваться только по социальным показателям, для поднятия своей самооценки.

- Вы отговариваете женщин от операций?

- Очень активно останавливаю нерожавших девушек, которые хотят увеличить себе грудь, они просто не понимают, что творят, по большому счету. Я стою на позиции здравого смысла, безопасности и здоровья. Тенденция "любой ценой увеличить грудь" мне не нравится. Я делаю операции, помогаю женщинам, но не агитирую, и чаще всего отговариваю совсем молодых пациенток.

- Взгляд на красоту со временем замыливается? Становится чисто техническим?

- Все время пытаюсь ответить на вопрос, что такое красота. Есть 10 пунктов, которые мне в этом помогают и, в общем, дают ответ о красоте. В первую очередь это и биологическая целесообразность, портретное сходство с известными личностями, биологические признаки, которые говорят: чем здоровее, тем красивее. Необязательно, чтобы человек попадал под какой-то шаблон красоты и стандартизации. Последняя моя находка -  это выражение Платона: "Красота – это великолепие добра". Если вдуматься, то это очень правильно. К примеру, смотришь на человека, говоришь с ним, от него исходят волны добродушия. Вспоминая о нем, ты начинаешь к нему тянуться, не смотря на то, красив он или нет.

- Как реагируют женщины, когда вы говорите им в глаза о недостатках?

- Я могу сказать женщине, что у нее есть какие-то проблемы, но это будет личный разговор в кабинете врача. Я называю вещи своими именами с целью указать на недостатки, помочь, а не для того, чтобы оскорбить пациентку. Многие выносят  диагноз на обсуждение за пределы кабинета. Из-за этого возникает много недоразумений между пациентами и врачами. Я всего лишь разрушаю женские иллюзии, но даже если они согласны с правдой, все равно обижаются, и меня это расстраивает. Зато я создаю новую, материальную иллюзию, которая так нужна пациенту, так же как психологи создают модель иллюзии. Убеждаю людей в том или другом.

- Человек, когда видит внешние изменения, начинает себя по-другому вести?

- Доказано, что обратная связь существует. Чем человек лучше выглядит, тем лучше себя чувствует, буквально готов дарить радость всем окружающим.

- Были ли такие случаи, когда после операции портились отношения между партнерами?

- Раньше я считал, что это показатель хорошей работы, но сейчас я думаю по-другому. Теперь я даю советы партнерам, которые приходят с пациентами. Если женщина счастлива, значит, где-то есть мужчина, который делает её счастливой, и неважно, сколько операций она сделает.

Смотрите интервью на PrimTV
Загрузка...

© 2005—2018 Медиахолдинг PrimaMedia