Рыбодобыче Приморья нужны системные улучшения для притока инвестиций – Юлия Беликова

Исправлять ситуацию нужно не откладывая, считает руководитель комитета по развитию экспорта и международного делового партнерства ПРО ООО "Деловая Россия"
Генеральный директор ООО "Дары природы" Юлия Беликова. Фото: Предоставлено ПРО ООО "Деловая Россия"

Проблемы, мешающие привлечению инвестиций в добычу рыбы и других морских биологических ресурсов в Приморье, известны – нерадивость и нерасторопность чиновников и просчеты ведомственной науки. Решить их на самом высоком уровне предлагает руководитель комитета по развитию экспорта и международного делового партнерства Приморского регионального отделения Общероссийской общественной организации "Деловая Россия", генеральный директор ООО "Дары природы" Юлия Беликова, автор рубрики "Авторская колонка" РИА PrimaMedia.

— Сейчас у всех на слуху тема привлечения инвестиций в экономику Приморского края, такие проекты как ТОРы и "порто-франко". В связи с этим хотелось бы поговорить о существующих трудностях и препятствиях, мешающих привлекать эти инвестиции в сфере рыболовства — как в плане лососевого промысла, так и в плане добычи других морских биологических объектов.

Лососевая путина в Приморье проходит раз в два года в северных районах края и только на рыбопромысловых участках. При этом квота выдается только тем компаниям, которые имеют эти участки, выделяемые на конкурсной основе. Основным критерием участия в конкурсе является наличие истории компании и недвижимости в виде завода в районе промысла в границах того или иного муниципального района. В 2014 году был проведен конкурс, итоги которого затем были оспорены в судах, в том числе и нашей компанией. В результате конкурс был отменен. Однако новый до сих пор так и не был проведен, несмотря на то, что уже близится лососевая путина текущего, 2016 года, которая в Приморском крае бывает раз в два года.

Уже сейчас можно сказать, что путина на севере Приморья в этом году будет практически сорвана. На сегодняшний день из десяти лососевых участков за определенными компаниями закреплены только четыре. Остальные – свободны.

Это значит, что на них не будет выделена квота, на них не будет проводиться путина, и под эту путину невозможно будет привлечь инвестиции. Соответственно, из-за проволочек, допущенных чиновниками из Минсельхоза, вовремя не внесших необходимые изменения в методические указания по минимальной стоимости участков, бизнес недополучит доходы, сотрудники – зарплату, а край и государство в целом – налоги и дополнительный ресурс развития. Характерно, что это происходит на фоне общего экономического кризиса и попыток привлечь инвестиции в экономику Приморского края, где рыболовецкая отрасль традиционно является ключевой в экономике, а из-за девальвации рубля созданы благоприятные условия для иностранных инвестиций в эту сферу, поскольку они существенно подешевели из-за разницы курсов валют.

На Камчатке и Сахалине квоты распределяются тем же способом, но, я думаю, и они тоже столкнутся с подобной проблемой, если механизм прозрачного и справедливого выделения квот не будет отлажен чиновниками.

Несомненно, бизнесу, желающему инвестировать средства в рыбный промысел, нужны определенные гарантии, поскольку риски в рыболовстве очень высоки. Предложения комитета по развитию экспорта и международного делового партнерства ПРО ООО "Деловая Россия", выработанные на основе всестороннего анализа ситуации и с учетом опыта наших партнеров, сводятся к тому, чтобы государственные страховые организации рассмотрели возможность создания в рыболовстве механизма страхования уловов аналогично тому, как в сельском хозяйстве страхуются посевы. Если рыба пришла, то твои вложения в рыбалку окупятся. А если добыче вдруг помешает шторм? Или чиновники вовремя не рассмотрят вопросы по выделению квот и организации конкурсов. Или ведомственный научный институт, занимающийся прогнозами уловов, просчитается и даст рыбодобытчикам неверные данные. В результате — рыба не пришла, уловов нет, а компании, потратив деньги на организацию путины, понесли колоссальные убытки. Сейчас вся ответственность за результат путины лежит исключительно на бизнесе, а этого, как нам кажется, не должно быть. К сожалению, чиновники не несут ответственность за проволочки и ошибки.

Никто не спорит, что в Приморском крае можно с успехом развивать прибрежное рыболовство и добычу донных видов рыб.

Та же камбала после того, как существенно выросла в цене, стала ценным объектом добычи, привлекательным для инвестора. Или кальмар, которого, по словам ученых, водится очень много.

Но когда касаешься деталей, оказывается, что точные запасы кальмара неизвестны, а все "новые" данные попросту смоделированы на основе старых и никаких "полевых" исследований не проводилось, то есть суда не снаряжались по причине недофинансирования, как однажды объяснили в ТИНРО. Но даже такие данные, по сути, невозможно достать тому, кто пишет сегодня бизнес-план с целью привлечения инвестора.

Лично я могу привести пример о привлечении инвестора на промысел тихоокеанского кальмара в Приморской подзоне. Нашей компанией, по запросу инвестора, стал разрабатываться бизнес-план добычи тихоокеанского кальмара на основании рекомендованных объемов изъятия ВБР, имеющихся в ТИНРО ("добытых" нами с трудом через Дальрыбвтуз). Рекомендованный объем изъятия тихоокеанского кальмара в 2015 году составлял 89 тысяч тонн. Наши экономические исследования показали, что с точки зрения рентабельности за сезон необходимо добыть 12 тысяч тонн кальмара и что для этого требуется снарядить минимум 16 судов-кальмароловов и одно судно, где будет производиться переработка. Стоимость такой экспедиции составляет порядка 2 млн долларов. "Отбить" эти деньги, в принципе, можно за один сезон, а уже начиная со второго — начать зарабатывать, если поймать 12 тысяч тонн кальмара.

Насторожило то, что обычные рыбаки — физические лица, которые "ходят за кальмаром" в активное время года во Владивостоке, раньше "таскали" этот кальмар мешками, а теперь приносят по одной-две штуки. Тогда мы решили изучить корейский опыт (корейцы считаются признанными профессионалами в ловле кальмара) и нашли информацию из ресурса Министерства морских дел и рыболовства Южной Кореи о том, что корейцы на 2015 год в России брали квоту в 5,5 тысячи тонн кальмара и смогли ее освоить только на 52% (порядка 2,87 тысячи тонн). А у них работало 50 судов-кальмароловов! В 2016 году корейцы взяли квоту всего на 3,5 тысячи тонн кальмара.

Отсюда напрашивался вывод, что та информация, которую предоставляет отраслевая наука, настолько недостоверна, что инвестиции в 2 млн долларов явно не оправдают себя и не окупятся, не говоря уже о получении прибыли. И никто за это ответственности не понесет. Кроме того, кто привлек эти инвестиции.

Как представитель "Деловой России" я пытаюсь озвучить эту проблему везде, где только можно. Например, ездила в Москву, с тем чтобы передать наши предложения для готовящегося доклада уполномоченного при президенте России по правам предпринимателей Бориса Титова президенту РФ Владимиру Путину. В частности, говорила о том, что ТИНРО и другие научные центры в недостаточной степени проводят "полевые" исследования и, следовательно, не дают достоверную информацию.

Не надо думать, что это узкая проблема, касающаяся только Приморского края, это системный барьер развитию рыбодобывающего сектора. Давайте вспомним, как в прошлом году из-за неточного прогноза "провалились" сахалинцы! Их снабдили обнадеживающими данными, а горбуша не пришла. Компании-рыбодобытчики понесли убытки.

К сожалению, "Деловая Россия" не может решить вопрос вместо государственных органов. Но зато "Деловая Россия" — это крупнейшая организация, защищающая интересы российского бизнеса и предпринимателей и ведущая диалог с властью. Как минимум сегодня она является силой, способной обнародовать наличие тех или иных "подводных камней", которые мешают развитию бизнеса, обратить на них внимание органов государственной власти.

К сожалению, в Москве актуальные проблемы рыбодобычи видят не так, как у нас на Дальнем Востоке, как видят их в Приморском региональном отделении "Деловой России".

Создается впечатление, что в федеральном центре в отрасли сельского хозяйства многих волнуют только вопросы, связанные с земледелием и животноводством, а не с рыболовством – причем это происходит даже на фоне того, что на уровне руководства государства осознают необходимость улучшений. Этому, к примеру, был посвящен Совет по рыбной промышленности при президенте, который состоялся в Астрахани в прошлом году, но системных изменений пока нет. Мне кажется, что, наверное, настало время вновь создать министерство рыбной промышленности, как это было в советское время. Минсельхозу же сейчас, складывается впечатление, абсолютно не до рыболовства. Более активной позиции хотелось бы и от властей региона – в вопросах защиты интересов рыбохозяйственного комплекса края.

Итак, в сухом остатке сегодня необходима работа в трех ключевых направлениях:

Во-первых, нужно кардинально менять принципы работы государственных органов, работающих в данной сфере, в сторону повышения эффективности работы и понимания интересов профильного российского бизнеса.

Во-вторых, необходима модернизация отечественной рыбохозяйственной науки – нужно уходить от статичных, кабинетных исследований в сторону практикоориентированного изучения возможностей добычи водных биологических ресурсов.

В-третьих, нужна более плотная кооперация рыбохозяйственного бизнеса, его консолидация в общих интересах, выработка совместных решений и позиций. Одной из возможных площадок может быть "Деловая Россия", которая уже доказывала свою эффективность в решении подобных отраслевых проблем предпринимателей.

ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ:

Закон "О промышленной политике в Приморском крае" нужно доработать — Алексей Дешпет

"Трех китов" роста инвестпривлекательности Приморья назвал лидер приморских делороссов

Загрузка...

© 2005—2019 Медиахолдинг PrimaMedia