Общество. 12 января, 09:00
Лесная дорога. Фото: Ольга Ухваткина
Авторская колонка

Уссурийская тайга: шанс на спасение

Научные сотрудники БПИ ДВО РАН - о том, какое есть и каким должно быть ответственное лесопользование в Приморском крае

12 января, PrimaMedia. В прошлый раз мы описали очень опасную ситуацию, которая сложилась с лесными просторами в Приморском крае. С тех пор прошло немного времени, и мы получили много откликов на статью. Кто-то начал говорить о том, что не так уж всё плохо, кто-то ужаснулся, но почувствовал себя беспомощным, а кто-то упрекнул нас в бессердечии и неразумности по отношению к простым людям приморской глубинки, которые лишь выживают таким способом.

Много раз в последнее время нас, учёных, обвинили в том, что сидя в теплых кабинетах и на мягких стульях, получая постоянную зарплату и смотря свысока на живущих в деревнях, мы не можем их понять. Нельзя сказать, что эти упреки совсем справедливы, но удивительно, как часто мы забываем, что короткое видимое благополучие, полученное быстрым способом, не имеет будущего.

В любом случае тема не оставляет людей равнодушными, что радует.

Каждый из нас беспокоится о своем будущем и будущем своих детей, особенно в такое неспокойное время. И это касается не только тех людей, кто живет далеко в глубинке и зарабатывает, как лесоруб. Каждый день мы слышим о природных катастрофах и явлениях и переживаем, что это коснется и нас. Всех — и живущих в городах, и в таежной деревне. Причем для жителей глубинки лесная проблема актуальнее, просто потому что ближе.

Когда закончится лес и уйдут те, кто заработал на этом достаточно, чтобы сбежать, что будет с остальными тысячами людей? Кто позаботится о них? Кто спасет их от наводнения, лесного пожара и просто разрухи? Однозначного ответа на эти вопросы нет, но это точно будут не те, кто, ради личного обогащения, беспощадно эксплуатирует тайгу и живущих рядом с ней людей.

Но давайте попытаемся порассуждать о том, что мы можем сделать, чтобы потом не расхлебывать полной ложкой то, что сами допустили.

Леса заканчиваются. Пора это признать. Они заканчиваются в Приморском крае, заканчиваются в Сибири, в России, во всем мире.

Нас – людей, много; мы изменили планету, давайте уже это признаем и перестанем прятать голову в песок, начав работать уже на созидание, а не на разрушение.

Древесина – это очень хороший материал: он экологичный, его можно получать быстро (уж точно быстрее, чем нефть), от присутствия лесов земля делается только лучше, выращивание леса – это стабильный постоянный доход для местного населения. Нет смысла отказываться от этого материала, есть смысл разумно его получать.

На территории Приморского края 90% лесного фонда находится в аренде, но очень много из этих земель заняты березовыми, дубовыми лесами и редколесьями. Вспомните, сколько раз каждый из нас проезжал по краю и видел наши дубняки, дубнячки, почти заброшенные леса и перелески, прогорающие каждый год.

А сколько раз каждый из нас удивлялся пустующим и замусоренным лесам в Хасанском, Спасском, Яковлевском, Кавалеровском, Ольгинском и других районах?

Даже как-то странно смотреть на то, что лесорубы лезут в горы, используют дорогую технику для прокладки временных дорог, исчезающих после первого дождя, каждый раз терпят убытки от обеспечения быта своих работников в лесу. А при этом можно было бы использовать места вблизи уже существующих поселков и деревень, снять с себя затраты на весь этот быт, сложную технику, прокладку лесовозных дорог, снять с себя груз ответственности за разрушение природы…

И при этом обеспечить людей постоянной работой, рынок – качественным продуктом, а себя – стабильным доходом.

Посмотрите на картинку с потенциально подходящими (и пустующими сейчас) территориями. Не правда ли, достаточно места?

Деградировавшие леса Приморского края

Деградировавшие леса Приморского края. Фото: Ольга Ухваткина

Деградировавшие леса Приморского края — дубовые (зеленый цвет) и березово-осиновые (голубой цвет) — занимают площадь около 4 млн гектар, представляя собой потенциал для лесопосадок и плантационного выращивания древесины и других продуктов леса. Источник – материалы лесоустройства Приморского края.

Вот как выглядят потенциальные лесные плантации сейчас:

Вот как выглядят потенциальные лесные плантации сейчас

Вот как выглядят потенциальные лесные плантации сейчас. Фото: Ольга Ухваткина

Представьте себе, как нелепо будет в будущем выглядеть то, что происходит сейчас. Примерно также, как для нас сейчас выглядит необходимость людей жить в пещерах…

Во многих местах, которыми мы восхищаемся, которым завидуем и в которые стремимся попасть, уже давным-давно на горьком опыте поняли самый важный принцип: ответственность за то место, в котором живешь.

Почему же лозунг "не сажал – не руби" до сих пор выглядит так дико для нас?

Почему, разграбив, разрушив удивительные и чудесные места, сделавшие это стремятся попасть в благополучную Европу? В ту Европу, которая уже 200 лет живет по этому лозунгу? В ту Европу, которая сейчас восхищается, удивляется и любуется уголками, которые еще просто чудом не разрушены! Как странно выглядит их поведение с позиции здравого смысла!

Почему бы, хотя бы в качестве эксперимента не попробовать не идти по пути болезненного опыта и обучения через боль?!

Ремонт моста после очередного дождя. Река Амгу 2014 год

Ремонт моста после очередного дождя. Река Амгу 2014 год. Фото: Ольга Ухваткина

Представьте, что мы смогли бы использовать шанс, осознав, что нужно менять систему и использовать пустующие и никому не нужные земли. Посадить на них сейчас быстрорастущие виды – тополь, березу, липу, лиственницу, ель. Получить с них древесину через 10-15 лет. Рядом посадить плантации более ценных пород – ясеня, дуба, ореха, кедра, в конце концов.

Ведь можно, нужно и разумно использовать древесину с запрещенных в рубку видов, вырастив их на плантациях – как получить ее другим способом?

И, да, с более долгорастущих видов продукт получить можно будет только через 40-60 лет, но за это время можно получить несколько урожаев быстрорастущих видов. Чем это хуже того, что сейчас собирают остатки по долинкам и крутым склонам, вырубают последние уголки, берут и ольху, и иву?

Ведь, если у вас плантация, то выращивать можно было бы и диморфант с его чудесной древесиной, и тис. Какая часть нашей страны может еще похвастаться такими замечательными возможностями? И, к сожалению, удивиться такой глупой растрате этих возможностей!

Дачники, объясните, пожалуйста, лесорубам, что выращивать продукцию лучше на грядках, а не пытаться копать картошку в лесу. Кажется, что это так трудно доходит до них…

И не нужно для этого лезть в горы, покорять моря и океаны – всё есть здесь, под боком, возле родного поселка. И дорога есть, и другая инфраструктура и работники есть, а уж про возможность сбыта можно и не говорить… Чем не интенсификация производства?

"Героическое" освоение высокогорных территорий при лесозаготовках. На первом плане – кедр, который оставили при рубке, т.к. рубить его нельзя, и который упал потом упал от ветров

"Героическое" освоение высокогорных территорий при лесозаготовках. На первом плане – кедр, который оставили при рубке, т.к. рубить его нельзя, и который упал потом упал от ветров. Фото: Ольга Ухваткина

Конечно, руководители лесозаготовительных предприятий скажут о невозможности таких действий в современных условиях: и законы не те, и денег нет, и "кризис" у нас…

Про деньги уже многое было сказано.

Люди, получающие прибыль в 500 тысяч рублей за один лесовоз, не имеют права жаловаться на отсутствие денег для развития, и это уже ни у кого не вызывает сомнения.

Но скажите же нам вот что: как люди, добившиеся того, что почти все экологические ограничения в сфере лесозаготовок были сняты по всей стране, могут говорить о неизменности законов!

За последние 10 лет были уничтожены все следы разумности в лесопользовании и теперь, под красивым словом "интенсификации" прячут оголение наших лесов и разграбление природных богатств. И это сделано не врагами со стороны, а именно теми, кто сейчас получает от этого прибыль. Уж простите прямоту.

Хотелось бы услышать хотя бы одного руководителя лесозаготавливающего предприятия о том, что он собирается делать через 20 лет. Что будет с его семьей, с его предприятием с его работниками? Как он это видит? Ведь аренда лесов в нашей стране долгосрочная и каждому из этих руководителей еще 30, а то и 80 лет иметь в своем распоряжении эту землю.

Но в ответ молчание. Словно забились в глухую нору те, кто мог бы что-то исправить... И только работники их предприятий говорят о том, что боятся потерять работу и доход…

Но где же эти "ответственные" лесопользователи, за что они ответственны?

Может быть кто-то еще надеется убежать в благополучные края, в цивилизованную Европу, на теплые острова и т.д., но время всё расставляет на свои места. Климат меняется, идет движение народов, и благополучные места уже не так благополучны, как казалось раньше. И бежать уже некуда… И не прилетит волшебник – инопланетянин, чтобы исправить то, что мы сами натворили… Пора бы уже повзрослеть нам…

1 / 2

Как сказал А. Эйнштейн "Мир будет разрушен не теми, кто творит зло, а теми, кто это наблюдает и ничего не предпринимает".

Мы всё равно когда-то придем к необходимости заботы о планете. Вопрос только в том, сделаем ли мы это сейчас – пока можно обойтись "малой кровью" или мы обрекаем себя и своих детей на болезненный путь. Стоит подумать над этим, не правда ли?

Авторы:

Ухваткина Ольга Николаевна (https://www.facebook.com/olga.ukhvatkina.7), кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Федерального научного центра Биоразнообразия наземной биоты восточной Азии Дальневосточного отделения Российской академии наук. Закончила Институт лесного и лесопаркового хозяйства ПГСХА, г. Уссурийск. Автор 50 научных работ, последние 10 лет занимается изучением лесных экосистем кедрово-широколиственных лесов.

Омелько Александр Михайлович (https://www.facebook.com/alexander.omelko.3), кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Федерального научного центра Биоразнообразия наземной биоты восточной Азии Дальневосточного отделения Российской академии наук. Закончил ДВГУ. Автор 54 научных работ, последние 15 лет занимается изучением лесных экосистем кедрово-широколиственных лесов.

Подпишитесь на нас в соцсетях и мессенджерах

 
Спасибо, я уже подписан

© 2005—2018 Медиахолдинг PrimaMedia