Виталий Веркеенко: «Перевести Владивосток из режима сохранения в режим развития»

Глава Владивостока - о своих подходах к управлению городом, а также принципах реформирования администрации
Глава Владивостока Виталий Веркеенко. Фото: Александр Ратников. ИА PrimaMedia

Коридоры власти в "сером доме" Владивостока изменились. Да, еще остались странности в виде закрываемых на ключи туалетов или банкоматов на первом этаже, доступных только после прохода поста охраны. В этом плане администрации города есть чему поучиться у администрации края, где явно более дружелюбно относятся к посетителям. Но фотографии на стенах уже о городе – прежнем, сегодняшнем и будущем. Никакого культа личности. Мэр Виталий Веркеенко встречает нас после рабочего заседания: в рубашке, без галстука и с улыбкой. И столь же позитивно он смотрит и на ближайшее будущее города.

Удвоение бюджета

— Виталий Васильевич, каким вы видите бюджет Владивостока? За счет чего его можно увеличить, чтобы денег было больше и на них можно было бы что-то реализовать?

— Есть основные статьи доходов Владивостока, и есть второстепенные.

Самая большая статья доходов города – НДФЛ. Но от НДФЛ у нас пока, правда, остается всего 15% от уплаченных 13%. Поэтому повышение уровня доходов в бюджет Владивостока по этой статье абсолютно точно коррелирует с моими задачами как главы.

Нужно, чтобы люди больше зарабатывали. И я хочу, чтобы люди больше зарабатывали. При этом "в белую". Соответственно, бюджет города кратно может увеличиться. Поэтому надо будет над этой статьей доходов работать.

Помимо этого, нельзя забывать и про остальные. Часто говорят, что во Владивостокской агломерации, во Владивостоке земли нет. Да, с землей сложности, особенно если учитывать ее рельеф и вовлечение в коммерческий оборот. Но у нас есть задача ввести ее как можно больше в коммерческий оборот, сохранив, безусловно, зеленый пояс и рекреационные зоны. Эффективно использовать те земельные участки и собственность муниципалитета, которые уже, так или иначе, находятся у кого-то в собственности.

Я говорил и про работу над "дебиторкой". На 1 января уже было 7 миллиардов долгов за муниципальную землю. При этом выдавал её в свое время край. К счастью, доходы должны идти в муниципалитет, даже в этом случае. Но если край на каких-то условиях самостоятельно ее выдаёт и потом нет возможности и ресурсов контролировать исполнение договоров по земле, то страдает город. 7 миллиардов рублей – это существенная сумма.

Основной задачей при увеличении бюджета является, как я понимаю, не эффективный сбор налогов, хотя это важно, но работа над экономикой города. То есть будем работать над благоприятным инвестиционным климатом, увеличением доходов населения и в целом над развитием экономики, чтобы кратно в перспективе увеличить бюджет. Задача максимум – нам нужно иметь 20 тысяч рублей в месяц на каждого жителя. Сейчас 1 700, а нужно 20 000.

— А сроки какие ставите?

— Пока мне сложно поставить сроки, потому что я пока не вижу, как можно увеличить обеспеченность в 10 раз. Но я вижу, как можно увеличить в 2 раза за три года. Это можно.

— Но увеличение же не за счет удвоения НДФЛ?

— У нас за три года резиденты ТОР и СПВ планируют добавить 11 тысяч рабочих мест. При средней зарплате они могут дать нам доход в бюджет города порядка 140 миллионов только от НДФЛ. А если они покажут реальную зарплату, то, думаю, 500 миллионов рублей можно получить в бюджет ВГО доходов с НДФЛ от резидентов СПВ. А есть ещё порядка 25 тысяч работающих, которые никак не трудоустроены и вообще не платят налоги.

— Это самозанятые?

— И они тоже. Если мы обеспечим им "белую" выплату и налоги с неё, это с ходу еще 140 миллионов. А если обеспечим выплату не минимальной планки, а реальной, сколько они на руки получают, то это еще 500 миллионов. Вот он резерв – миллиард рублей в год, который можно получать.

— А какие у вас есть механизмы для того, чтобы средства выходили из тени? На резидентов ТОР еще можно попытаться воздействовать через министерство, администрацию края, Трутнева. А самозанятые и остальные – у города никаких механизмов-то и нет…

— Я был приятно удивлен инициативой людей, когда они видят вектор, понимают, для чего они это делают, и верят власти. И если каждую копеечку, которую мы соберем и потратим эффективно на нужды города, чтобы сделать его более благоустроенным и повысить качество жизни, если мы это доверие сможем установить, то считаю, что и все жители максимально к этому подключатся.

Вот у нас в русской традиции, как в песне нерусской "Информер": "кляузничать на своего близкого некрасиво". Но я приводил в пример многие страны, в том числе Японию. Ты попробуй соверши правонарушение: выйди из автобуса, не заплатив, или выброси окурок, или попробуй не заплатить налоги. Я не люблю анонимность. Она рождает безответственность, которая и ведет к правонарушениям в части уголовного, административного права. Поэтому мы стремимся к максимальной прозрачности. И в скором будущем сделаем такую доску "антипочета".

— То есть будет черный список компаний, которые не платят налоги?

— И про "поросят" тоже сделаем.

1 / 5

Новый сайт и приложения

— Это работает в какой-то мере. У нас на уровне микрорайонов где-то развиваются зачатки гражданского общества. Сейчас модны группы в мессенджерах. Туда направляют информацию, что такой-то вывез строительный мусор в неположенное место. А потом это и на сайте микрорайона вывешивается.

— Про порталы интересная вещь. Мы в конце апреля обновим сайт (администрации города – прим. ред.). И на его базе будем делать эффективный портал коммуникации с жителями. При этом не хочу делать коммуникацию в виде книги жалоб. Мы и так видим кучу всяких проблем. Но где-то отсутствуют полномочия, где-то отсутствует бюджет, где-то просто процедуры очень длинные у муниципалитета. Мы эти вопросы будем решать.

Например, один из инструментов, которые мы используем, – это создание оперативных бригад на базе АТУ. Небольшие проблемы, коих 90%, будут устранять быстро. Как я сказал, есть ограниченные полномочия, есть сложные процедуры у муниципальных служащих. И часто отсутствуют бюджетные ассигнования.

В связи с этим хочу сделать коммуникационный портал "Мой город". Я, как житель, пришел, увидел, что перила наклонились или оторван прут, и сделал. А у нас как делают? Подбежал, сфотографировал, в соцсети раскидал и еще жалобы везде написал.

— Ну, сейчас ещё хештег "Веркеенко" поставил.

— Вот. Но я приятно удивлен, что многие жители начинают включаться в жизнь города, понимая, что это их город, им здесь жить и их детям. Что толку жаловаться, если я открыто скажу, что есть бюджет и полномочия? Давайте вместе решим, на что потратить деньги и почему мы не можем сделать это и это. Я на днях придумал слоган: "Видишь, можешь – сделай". Здоровый мужик приходит, видит, что наклонился столбик или нужно покрасить….

— Вы призываете к самоуправству? Если я вижу покосившийся светофор и попытаюсь его выровнять, а тем более покрасить, как и любой дорожный знак, тут же придет полиция…

— Я о другом примере говорю. У нас самая большая проблема – в управлении дорог и благоустройства. Вильчинский руководит. Вот ему масса наказов от меня, от АТУ и депутатов. У него невыполненных наказов с 2014 года тысячи. Он физически никогда не сможет их выполнить. Допустим, люди говорят, надо отремонтировать лестницу. А там две ступеньки сколоты. Или перила отломались, труба упала. А он не может это сделать, потому что эта лестница – бесхоз. И чтобы оформить её, нужен год.

— А если он сделает, его посадят…

— Совершенно верно. И вот таких небольших вопросов много. Это не самоуправство.

— Общий вектор понятен.

— Я оптимистов буду поддерживать и им помогать.

— То, что вы озвучили, очень похоже на московский опыт. Есть возможность поставить себе специальное приложение и быть участником процесса. Приложение позволяет убрать кучу промежуточных шагов. Я так понимаю, вы подобное во Владивостоке хотите реализовать?

— Да, это мобильное приложение. Но когда речь о Москве идет, там бюджет 2,2 триллиона рублей. Это как раз те 20 тысяч рублей на человека.

— То есть вы на Москву ориентировались?

— Это и подмосковные города, и Сахалин тоже.

— Несмотря на огромные объемы финансовые на Сахалине, внешне и не скажешь, что у них такие большие деньги. Тут еще важно рационально использовать.

— У них на это ресурсы есть, в Москве есть полномочия. А у нас полномочия ограничены и бюджета нет. Просто собрать кучу наказов будет нерационально. Я хочу вовлечь жителей, чтобы помочь муниципалитету.

Земля между городом и краем

— Вот вы агломерацию затронули. И про землю сказали. Землей, правда, край, а не город распоряжается. Это вам по наследству досталось.

— Кто бы ни распоряжался, главное, чтобы было эффективно. Да, большей частью земли распоряжается край. К счастью, доходы от аренды идут всё равно в город.

— Вы же сами сказали, что и по аренде есть проблема…

— Другое дело, если в город идут доходы от аренды, то справедливее и правильнее, чтобы в полном объеме поступали эти средства, чтобы не было просрочек и так далее. Поэтому в этой части было бы логично, чтобы город и выделял земельные участки, и контролировал поступление. Хотя справедливости ради нужно отметить, что во Владивостоке эта функция атрофирована на сегодняшний день. Если такое решение губернатор будет принимать, нам придётся фактически с нуля создавать эту всю систему.

— У края она тоже не сильно развилась. По агломерации ездили и знаем, как каждый район одно и то же говорит. Эта функция должна была многократно развиться у края, но этого не произошло.

Единый план агломерации

— Немного о комплексном развитии. Агломерация – это ведь не только Владивосток. Это и Надеждинский район, у которого свой план развития. Хасанский, Шкотовский район, Артем… Как тогда координировать план развития агломерации, если каждый муниципалитет со своими планами и бюджетами работает? Самый простой пример. DNS сейчас реализует в Надеждинском районе ряд девелоперских проектов, которые явно рассчитаны на жителей Владивостока. Они будут ездить туда-сюда. Город эту миграцию не учитывает, это же Надеждинский район. И район тоже не рассчитывает, ведь поедут они во Владивосток на работу. Социальная инфраструктура ложится на Надеждинский район, хотя жители – из Владивостока. Как тогда единый план развития агломерации может появиться?

— Ответ очевиден. Понятно, что все муниципальные образования, особенно Владивостокская агломерация, должны синхронизировать свои планы развития. Безусловно, у многих может появиться своя специализация. Как Артем сейчас из угольных шахт трансформируется в логистический центр. Когда мне говорят про стратегию социально-экономического развития Владивостока, ну, она есть до 2020 года. Под нее сформирован бюджет. И для реализации этой стратегии созданы 17 муниципальных программ для достижения своих KPI, законом предусмотрено согласование стратегии развития муниципалитетов вместе со стратегией развития федерации и субъекта.

И если стратегия развития Дальнего Востока сформирована, то стратегия развития субъекта сейчас находится в стадии формирования. Я надеюсь, в этом году она будет сформирована. Богданенко (вице-губернатор Константин Богданенко – прим. ред.) за ее создание взялся активно. Там, безусловно, будет раздел, посвященный Владивостокской агломерации. Мы примем участие в этой работе. Нам интересно, что будет включено в эту стратегию. И параллельно запустим создание обновленной стратегии города и согласование ее с субъектом федерации. У нас есть три года. Но я хотел бы критически эту стратегию переосмыслить и создать ее в сопряжении со стратегией, готовящейся в Приморском крае.

— Вы собирались главами муниципалитетов, которые входят в агломерацию?

— Конкретно по этому вопросу нет. Но есть у нас ассоциация муниципалитетов.

— А именно на уровне агломерации?

— Мы связь поддерживаем. Кривить душой не буду, мы не собирались по вопросу общей стратегии развития агломерации. Но мы включены в работу по созданию стратегии Приморского края. На этой площадке мы со всеми муниципалитетами договоримся.

— Недавно подводили итоги 100 дней, хотя срок, конечно, условный. Звучала как раз критика за отсутствие стратегии развития города, хотя по факту она всё-таки есть. Вопрос в том, что в ней нужно что-то поменять, актуализировать. Как раз с главами муниципалитетов совместную стратегию развития агломерации можно прорабатывать.

— Приведу аллегорию. Я, как руководитель, часто принимающий людей на работу, часто сталкивался с очень активными людьми, которые в первый день открывали двери ногами и говорили, что это все неправильно и надо так и эдак.

Таких грамотеев я часто в первый же день выпроваживал, даже если они действительно умные. Просто потому, что, если говорить про 100 дней, физически нельзя вникнуть во все взаимоувязанные проблемы и вопросы города, чтобы все поломать, тут же придумать свою стратегию и произвести колоссальные изменения. Механизм тогда может быть сломан.

Еще аллегория. Ты приходишь домой и говоришь: "А не сделать ли мне мясцо, запечённое на косточке, по-итальянски". Ты подходишь к холодильнику, открываешь и видишь: полторы картофелины и морковка. Что ты должна сделать перед тем, как хочешь сделать это оригинальное блюдо? Нужно как минимум открыть холодильник и посмотреть. Потом заглянуть в кошелек, проверить, работает ли плитка, есть ли духовка, за электричество заплачено или нет, чтобы конфорки и духовка грели.

Поэтому таким романтиком я быть тоже не хочу: а не сделать ли нам это? Нужно сначала заглянуть во все уголочки и понять, что мы можем сегодня "сварить". Вот такая ситуация по поводу 100 дней. Я всегда руку на пульсе держу. Любые позитивные изменения, которые можно уловить и вложить в стратегию развития или в тактические действия, я обязательно буду делать. В этом и отличие скорости принятия решений. Хотя понимаю, что в муниципалитете довольно сложно. Другая аллегория есть. Как у большого парохода. Ты штурвал повернул полностью направо, а пароход начинает поворачивать только через какое-то время.

Порядок в городе

— Вы говорили про наказание за парковку на газонах. Очевидно, что будет какой-то акт, который должен все изменить. Сейчас есть штрафы, на газонах нельзя парковаться. Но ГИБДД самоустранилось по всей стране. Только два региона есть, где есть соглашения с МВД. И реально сегодня ГИБДД как службы повседневного контроля дорожного движения нет. Камеры, которые следят за превышением скорости, по сути, применяют для сбора денег, а не для безопасности движения. А вот какие механизмы будут работать? Как будете привлекать к ответственности?

— Что касается парковки на пешеходном переходе, на тротуаре, там работает ГИБДД.

— Не работает. Людей нет.

— Мы завершаем разработку Владивостокского МПА по правилам благоустройства. Там предусмотрим много нового и еще более жесткого. Важен механизм контроля. Во многом мы были вынуждены закрывать глаза. Люди паркуются. Можно наказать, но для них альтернативы нет. Я не хотел идти только механизмом создания ограничений, не предлагая альтернатив. Здесь комплексное решение нужно. Парковаться нельзя. А где можно? У тебя будет право. Но если нарушаешь, заплати штраф.

Парковка на газоне

Парковка на газоне. Фото: ИА PrimaMedia

— А чем вы принуждать будете? Сам по себе муниципальный акт никого ни к чему не принуждает. Я припаркуюсь на газоне. Какие механизмы города меня накажут? Административная комиссия – это несколько человек. Они по всему городу не будут ходить и составлять акты. У Приморского края нет с правительством, с полицией соглашений. Какие механизмы?

— У нас есть АТУ.

— "15 человек" будут ходить по городу?

— Перечисляю механизмы. Есть АТУ. Запускаем до 1 июня, задача у Лободы (вице-мэр Константин Лобода – прим. ред.) и у меня – запустить движение народных дружин, которые эти функции и будут выполнять. Да, я хочу вовлечь население. Мобильное приложение щелкнул – видно колесо на газоне. И тут же в автоматизированную комиссию.

— На уровне Москвы это работает, потому что у них есть муниципальные инспекции. Там муниципалитет выдал планшеты, и они фиксируют все эти нарушения, в том числе парковку, которая даже к сфере ГИБДД относится, а не только к благоустройству. Все, что для этого нужно, чтобы Приморский край с правительством, а потом с Министерством внутренних дел подписал соглашение о передаче администрирования.

— По дорогам – да, можно было бы подписывать какие-то соглашения. Но что касается центра города, мы же планируем сделать парковки вдоль дорог.

— А прокуратура вам ничего еще не написала по этому поводу? Вашему предшественнику сразу сказали.

— Я разговаривал с прокуратурой. У них нужные замечания. Мы их устранили. В ближайшее время объявим концессию на справедливой конкурсной основе.

— То есть нашли общий язык?

— Да. И в этом случае обочина дороги уже становится предметом сферы деятельности не ГИБДД, а муниципалитета. Да, появятся "парконы" и люди, которые будут контролировать с планшетами и штрафовать. Кстати, появятся и автоматизированные "парконы", которые сейчас ездят и направляют штрафы, которые на самом деле "идут мимо". Но их можно перенастроить. Мы такие справки навели. И в бюджет муниципалитета штрафы будут идти через автоматизированную систему формирования этих штрафных квитанций.

— Еще бы парковку на пешеходных переходах фиксировать. Есть планы, чтобы и это исполнять?

— Да, и этого добьемся. Понимание у края тоже есть. Совместно с Андреем Владимировичем добьем и эти вопросы.

Будущее общественного транспорта

— Хотели бы спросить про судьбу МУПов. На уровне федерации обсуждается, и президент об этом говорил, чтобы передавать полномочия МУПов частникам. Может быть, есть услуги, которые вы уже готовы передать?

— Да, есть. И еще о бюджете. Можно ведь много зарабатывать, а можно рационально тратить. Так вот, МУПы Владивостока за прошлые 10 лет принесли городу убыток – 5 млрд рублей. Моя задача – чтобы этих убытков не было. Даже если они выполняют социальную функцию, в совокупности работа муниципальных предприятий не должна приносить убытков. Поэтому буду следить за эффективной работой МУПов.

Вообще хорошо бы все передать коммерческим предприятиям, но я понимаю, что на сегодня пока трансформация бизнесменов в предпринимателей с социальной ответственностью и пониманием высокой цели, а не только получения прибыли, не произошла. Я бы передал практически все.

Но вот один из примеров, который произошел на Русском острове. Мы начали с программы благоустройства города. Решили снимать некоторые полномочия с муниципального предприятия "СГТ" и частично передавать коммерческим структурам. Объявили конкурс на содержание грунтовых дорог острова, на 19 миллионов рублей. Компания до 11 миллионов цену контракта сбила. Но потом фактически получили ситуацию, когда "скорые" не могли проехать и так далее. Люди собирались выходить на улицу и перегораживать мост. Я был вынужден вернуть "СГТ" и поставить вопрос расторжения договора с тем подрядчиком. Боюсь, что если случится коллапс вроде этой зимы, то есть многие коммерческие предприятия, которые, взяв калькулятор и посчитав, что невыгодно это убирать, а проще штраф заплатить, ведь деньги уже получены, просто "съедут". То же касается автобусных парков. Хочу идти по направлению поэтапной передачи функций МУПов на коммерческие предприятия, но с обеспечением их ответственности и безопасности для жителей города.

— Про общественный транспорт – из личного опыта. Каждый мэр говорит о том, что надо внедрить системы безналичного расчета, чтобы вывести оборот из тени. Я поставил себе приложение. Попытался им воспользоваться один раз. Это нерабочий механизм. До этого был "Дельфин". Ваше видение: как вывести из тени наличный оборот в сфере транспорта?

— Тоже понимание есть. Глубоко вникли в процессы, чтобы понимать, как трансформировать это направление и куда мы хотим прийти. Статистику мне подают ВПОПАТ и коммерческие перевозчики. ВПОПАТ рапортует, что их один автобус в среднем перевозит 430 человек в сутки, а коммерческие перевозчики – 85 человек в сутки. ВПОПАТ платит десятки миллионов рублей налогов, а коммерческие перевозчики вообще зачастую ничего не платят.

Билеты

Билеты. Фото: Антон Балашов, ИА PrimaMedia

Действия понятны. Что касается корейской системы, то она начала реализовываться три года назад. До сих пор корейцы по разным причинам не могут ее внедрить. За это время столько воды утекло, сколько систем и технологий разработано, которые на голову выше. В этом согласен с Юрием Петровичем Трутневым. Мы проводили совместную встречу с корейскими инвесторами на Русском острове, где мы оба сказали, что необходимо объявить конкурс, чтобы выявить на такой основе лучшие технологии и лучших операторов, которые могли бы внедрить эту систему. Более того, что называется, по дружбе Москва готова делиться своими наработками и технологиями. Первым шагом будет безупречно работающий автоматизированный диспетчерский центр.

— Чтобы следить за автобусами?

— Сейчас на половине автобусов нет систем слежения. А то программное обеспечение, которое сейчас обеспечивает мониторинг-контроль, устарело. Там нужно порядок наводить. И за этот вопрос нужно серьезно взяться.

— То есть сможете смотреть график, как кто на остановке стоит и так далее?

— Да. По системе контроля корейцы также могут принять участие в конкурсе. У них есть наработка "Кэш бокс". Другое дело, что она плохо работает, объективно говоря, как и мобильное приложение. Я вижу массу жалоб.

— Просто его архитектура устарела.

— С большим уважением хочу акцентировать внимание на том, что иностранные инвесторы идут на это, но нужно идти в ногу со временем и с новыми технологиями. Если они смогут собраться и с новыми технологиями зайти на этот конкурс, то замечательно.

— А по срокам внедрения этой системы слежения?

— У нас контракты со всеми перевозчиками заканчиваются в апреле следующего года. Наша задача – сформировать всю систему до заключения новых контрактов. Видение, которое у меня есть, – это система, которая все контролирует.

Второе – сдача общественного транспорта. Новые автобусы, одного цвета, чистые, с камерами снаружи и внутри. Обязательно все оборудованы системой ГЛОНАСС и безналичной системой оплаты, которая должна распространяться на все виды транспорта: троллейбусы, автобусы, водный транспорт. Чтобы можно было сквозные билеты, абонементы и льготы предусматривать.

Я не человек, разговаривающий языком шантажа и ультиматума. Мы коммерческим перевозчикам благодарны. Каждый день 600–700 автобусов выходят. Муниципалитет не в состоянии такое количество транспорта купить и обеспечить его функционирование. Да это и не нужно. Поэтому коммерческих перевозчиков будем привлекать, выбирать из них лучших. Да, такие требования мы будем выставлять.

Мы хотим перевозчикам и помочь. Совместно разработать лизинговые программы с крупными производителями этих автобусов. Андрей Владимирович подключился, промышленный фонд оказывает помощь в реализации этой программы. И нам бы хотелось еще перевозчиков обезопасить. Лизинговым компаниям мы говорим: "Дадите лизинг коммерческим перевозчикам?". Они отвечают: "Нет, мы не видим их выручку". Здесь им нужно самим поработать на этот вопрос. И добавляют: "А также мы не видим гарантированные денежные потоки". Чтобы гарантировать их (это мое видение создания системы), надо, чтобы все доходы от работы общественного транспорта шли в муниципалитет.

А муниципалитет должен коммерческим и муниципальным перевозчикам платить за километры. Мы видим, сколько км он прошел, соблюдал ли расписание, был ли автобус чистым, не грубил ли водитель, не разговаривал ли по телефону. И у коммерческого перевозчика есть гарантированные денежные потоки, за счет которых он может делать лизинговые платежи.

И мы устраняем одновременно несколько проблем, связанных, допустим, с гонками автобусов. Три автобуса так могут столкнуться или пробки создают. Вчера воевал с нашими автобусниками. На Молодежке один автобус останавливается и ждет пассажиров. А второй автобус уже сзади подошел. А там маленький карман. Он стоит под углом, загораживает полосу. А тот стоит. Пока пассажиры идут по переходу, он их ждет.

— Это вы сами ехали на машине и видели?

— Да.

— Представляю водителей. Выходит глава…

— Я где-то вынужден выбегать и говорить с инспекторами ГИБДД, с эвакуаторщиками, с водителями автобусов и троллейбусов. Но это не всегда эффективно.

— Узнают?

— Конечно.

— Вы же отдаете себе отчет в том, что когда будут эти финансовые потоки видны, тогда и с населением стоит говорить о том, что, возможно, стоимость проезда изменится. Сегодня все, что в теневом секторе, позволяет субъекту и администрации города держать достаточно низкую стоимость проезда. Если "в черную", то в автобус можно и денег не вкладывать, лишь бы ехал.

— Есть новая нормативная база, которая обязывает город определиться с тарифами. То есть регулируемые и нерегулируемые. Я очень опасаюсь идти по пути нерегулируемых. Мы бы все-таки пошли по регулируемому, но экономически обоснованному.

— Если будет система, которую вы предлагаете, она будет революционной. Можно будет делать не только сквозные, но и льготные билеты. Сам перевозчик вообще не думает о стоимости. Он знает, что должен простоять на этой остановке 40 секунд. Он постоит и поехал. Сколько там человек зашло, льготники или нет – неважно. Это революционная штука. Идея хорошая.

— В моем понимании это еще и механизм поддержки коммерческих перевозчиков.

– Вы им хотите дать возможность зарабатывать по-другому.

— Да.

Порядок на дорогах

— Как автомобилист, спрошу о своей боли. О дорожной разметке. Поздней осенью за федеральные деньги были сданы объекты. На них разметки уже нет. За зиму всю смыло. И вы как-то пообещали, что будете контролировать. Как? И, если смоется, как вы их будете наказывать? Когда у нас на дорогах вообще разметка появится?

— Там же несколько аспектов. Первое – качество краски. Второе – выполнение технологии нанесения. То есть очистить асфальт и нанести разметку нужной толщины.

— Они за федеральные деньги наносили на свежий асфальт, который сами же только что положили.

— И качество асфальта влияет, и интенсивность движения. Некоторые подъемы и спуски посыпаем песко-солевой смесью, она как абразив выступает. И вместе со снегом разметка сходит. Если и асфальт иногда сходит, что уж о разметке говорить?

Буду лично контролировать. Познакомился лично с людьми, которые за это отвечают. Заглянул всем в глаза, позадавал всем контрольные вопросы. Приказал не искать мне регламенты, ГОСТы и чиновничьи отписки, почему что-то сделать нельзя.

Мое требование – краска должна наноситься один раз в год. Термопластик должен держаться три года. У нас есть машина дорогущая, которая наносит термопластик. Как обычно, дядя Вася сел, проехал на ней, и теперь она требует серьезного ремонта. Сейчас завершим ремонт, купим специальный трейлер для ее перевозки…

— …и специально обученного дядю Васю…

— Термопластик будем наносить на центральные разделяющие линии. Краской будем наносить разметку между полосами.

— Не так давно была встреча с "Роснано" в комитете по строительству и транспорту в Госдуме. У "Роснано" есть новая краска, которая экономически выгодна и не стирается совсем. Именно краска. Где-то они её пробовали уже.

— Я дал такое поручение – промониторить рынок красок, чтобы выполнить эту задачу. Я против, чтобы краска держалась только три месяца.

— Хорошо, если хотя бы три месяца. Еще говорили про разметку и безопасность дорожного движения. В Уссурийске, к примеру, пешеходные переходы ярко выделены. Подъезжая к переходу, ты видишь его заблаговременно, благодаря нарисованному на асфальте человечку. Но это требует больше краски. И они светоотражателями выделяют.

— С Артемом и Уссурийском мы часто обмениваемся опытом. Применим и этот опыт. Я сталкиваюсь часто с тем, что, если есть бюджет, утвержденный думой, то есть программы, что на пешеходные переходы на этот год выделена такая сумма и не больше, и так далее. Мы пытаемся достичь экономии по всем статьям. Я трижды призвал общественность помочь нам перепроверить статьи расходов и все конкурсы.

— А как это проверить?

— У нас на сайте. Я вывел строку "Бюджет города Владивостока". Она была на третьей странице. Теперь на первой, с левой стороны. В конце апреля запустим новый сайт. Это будет более наглядно, там будут показаны статьи расхода по каждому направлению. Ведь иногда довольно сложно искать. Но наша задача – сделать максимально удобные инструменты для поиска, контроля и мониторинга. Специалистов, которые могут проверять сметы, в городе много. У меня работает общественная приемная через дорогу. Предлагаю помогать мне осуществлять мониторинг и контроль. Поэтому за счет экономии, которую мы будем получать, за счет эффективных мер использования бюджета и аукционов будем пускать больше пешеходных переходов, делать их более заметными, делать на дороге стрелки, которых у нас сейчас нет. К разметке нужно отнестись очень серьёзно.

Все деньги – в гости к нам

— Если говорить о развитии города, о его местах, то вы и губернатор озвучивали масштабные планы. Но на это нужны деньги. Что касается развития города и мест отдыха, жилищных проектов, участия в этом бизнеса по линии ГЧП, иностранных инвесторов, то какие вы видите подвижки?

— Действует же федеральная программа, которую мы подробно донесли до всех жителей, – "Благоустройство городских территорий". В её рамках мы выбрали зоны общественного пользования, которые подлежат благоустройству за счет федеральных средств. Выбрали 12 из 79. Из 12 определили 8, которые мы приоритетно благоустроим. Это действующая программа. Она будет действовать 4 года. Поэтому мы за счет федеральных средств, спрашивая жителей о том, что в первую очередь нужно благоустроить, эту программу продолжим.

Одной из первых станет набережная Цесаревича. И наши скверы между Светланской и набережной: Пушкинский, Невельского, Матросский клуб. Там мы попутно нашли подземный завод "4040". Включим его в программу благоустройства. Оформим его как бесхоз в муниципалитет, подумаем, как эффективно использовать. "Тропу здоровья" продолжим от "Олимпийца" в сторону Кунгасного. Кстати, о набережной Цесаревича. Не все понимают, что территория принадлежит "Дальзаводу".

1 / 2

— Ее сделали и бросили, по сути.

— Они говорят: "Мы – судостроители. Как мы можем эффективно управлять этим видом собственности?".

— Там же были планы. Хотели дворец бракосочетаний сделать, но как-то все зависло.

— Мы вышли с предложением и на ДЦСС, и на "Дальзавод" рассмотреть передачу набережной Цесаревича муниципалитету в оперативное управление. Тогда мы будем иметь полномочия. А то мы бегаем за этими пони вместе с полицией… Также в планах навести порядок на набережной Спортивной гавани.

— С вами там судятся сейчас.

— Это вопрос корректности оформления договоров. Так случилось, что мы можем расторгнуть договор, имея долг за год неуплаты. Год не платил арендатор. И при этом всё равно вопрос решается через суд, в несколько инстанций. Сложный процесс. Одним из моих первых требований было, чтобы мы изменили муниципальные договоры и вставили фразу о возможности одностороннего расторжения договора в случае неуплаты в течение двух месяцев.

— Вы же понимаете, что неслучайно те тексты договора такими были.

— С одной стороны, защита арендаторов тоже должна быть. По факту мы получили 7 млрд задолженности за землю. Плюс 3 500 судов у муниципалитета. Для меня тоже шок. Порядка 400 судов в неделю проходит. Так случилось, что муниципалитет вынужден судиться со своими жителями, с организациями и предприятиями. Половина претензий – к городу, половина – у города. Эта ситуация ненормальная, даже абсурдная – выносить все споры в суд.

Спортивную набережную мы видим местом отдыха семьи, туристическим центром. Понятно, что без синих кривых палаточек, матрешек на каждом углу. Нужно переместить автомобили. Это будет красивая прогулочная набережная, через которую будет проходить "Тропа здоровья". Дальше будет спортивная аллея – Аллея славы.

1 / 3

Есть планы по созданию масштабного музейного комплекса за счет федеральных средств. И мы обсуждаем возможность посадить этот музейный комплекс на Спортивную набережную с переносом стадиона "Динамо". Поэтому видим комплексное развитие территории набережной Спортивной гавани. У граждан может возникнуть неверное представление по поводу музея. У меня в голове четкая картина. А когда через буквы человек читает в газете или интернете, у него возникает другая картина. И мы можем спорить, потому что картины у каждого разные. Музейный комплекс – это не одно здание. Это красивые сооружения в европейском стиле, с дорожками, аллеями, с выходом к морю. Это такой прогулочный музейно-культурный район, где постоянно будут действующие выставки и отдельный зал с ротацией выставок.

Благодарен губернатору, что подключился к решению вопроса с нашей спортивной школой. Мы совместно думаем, где и как эффективно построить современные условия для занятия спортом. Тем более что это наш молодежный олимпийский резерв, за который мы болеем.

После того, как мы решим проблему детского спорта, нам нужно приступить к решению вопроса Миллионки. Мы ее хотим полностью трансформировать в историко-культурный квартал. Сохранить по максимуму существующие здания и их элементы: перила, двери. Полностью благоустроить это разумным образом. И появятся два квартала: Миллионка как историко-культурный центр и музейный центр на набережной Спортивной гавани.

— А жилые дома на Миллионке останутся?

— Мы разработаем концепцию. Предложим в нее войти собственникам зданий. Более того, на нас уже собственники выходят, и мы находимся в диалоге.

— Собственники даже сферу деятельности смогут сменить. А все-таки про наших инвесторов и иностранных. Какие предложения поступают от тех же японских компаний? Вы же встречаетесь постоянно. Какие перспективы участия иностранного, российского капитала в жизни города?

— Перспективы есть. В этом большой резерв развития города и его экономики. Я бы не хотел разделять иностранные инвестиции и российские. Всем добро пожаловать, кто хочет инвестировать свои средства в развитие города. Если говорить об иностранных инвестициях, то, как правило, мы говорим, в первую очередь, об азиатских странах. А им важно доверие и история успеха. Доверие нам еще предстоит заработать. Надеюсь, мой опыт работы с иностранными компаниями, а я уважаю их культуру, поможет привлекать их более эффективно и быстро. Любой бизнес начинается, как правило, с туристической поездки. Поэтому все эти потенциальные инвесторы все равно приедут к нам, посмотрят все своими глазами. Мы постараемся сделать так, чтобы они оказались влюблены в наш город. Это станет началом большого пути для иностранных инвестиций. Предложения есть. Мы в стадии развития этих отношений.

— Эти предложения больше в области инфраструктурных проектов? Были предложения по технологиям ремонта труб без раскапывания, еще что-то. Или в других сферах?

— И в других. Мы предлагаем те проекты, в которых видим необходимость приоритетной реализации. Например, кольцевая дорога, мост на о. Елена.

— Это глобальный проект.

— Да. По нему есть заинтересованность нескольких компаний России и иностранных.

— Там же явно будет платно.

— Да. Эту дорогу предлагается реализовать на условиях концессии. И платно. Но там же и коммерческие грузы есть. Там находится порт, который масштабно расширяется. Я говорю о ВМТП. У них есть планы увезти все грязные грузы, оставить контейнеры. И эти планы поддержаны нами. И при строительстве моста они будут платить одну из значительных частей для окупаемости этого моста для концессионера. Выскакивать через Русский остров, дальше по объездной контейнерам лучше, чем через город, каким бы мы ни построили движение.

Второй масштабный проект – благоустройство парка Минного городка. Там 35 гектаров земли, три озера. Он был моим любимым парком детства.

1 / 3

— Там сейчас на каком этапе? Уже ведь было столько проектов. Какой сейчас в работе?

— На сайте vlc.ru мы разместили концепцию развития парка Минного городка. Мы ее разработали. Правда, сумма необходимых инвестиций 2,3 млрд рублей. Это видение города. Мы можем пойти по программе "Благоустройство городских территорий", но это будет долго. Поэтому мы ищем комплексного инвестора, который мог бы в целом проект взять. Пока большими успехами хвастаться рано, но переговоры идут.

С коммерческими инвестициями во Владивостокскую крепость, как большой туристический проект, сложнее. Там нужна помощь федерации. Мы над этим работаем. А также говорим, что с любыми проектами российским и иностранным инвесторами можно и нужно приходить во Владивосток. Правда, я всем говорю, что они не должны быть эгоистичными.

Чистое море и городские пляжи

— Про пляжи-то надо спросить. Горожане постоянно мэра спрашивают, где им купаться? Тут какое видение?

— Пляжи – наша боль. Вроде живем, морем окруженные. Все хвастаемся, что Владивосток на побережье. Море, пляжи, морепродукты…. А сами иногда не имеем возможности искупаться. Пляжи нужно благоустраивать. Правда, есть проблемы. Первая: большая часть пляжей не является муниципальной. На Русском острове всё, кроме набережной университета, принадлежат Министерству обороны. Его сложно заставить благоустроить пляжи. Мы всегда просим по крайней мере содержать в чистоте. Мы не можем потратить на это муниципальные средства. Ранее была практика, которую, видимо, справедливо прокуратура отменила. Подписание соглашений. Ну, такая непрозрачная схема. Нужно искать другой формат. Но это тот случай, когда вроде бы пляжи городские, а город никак не может повлиять на развитие пляжных зон. Даже убрать их.

А вторая проблема – это качество воды. Город каждый сезон ждет предписания, какие пляжи можно открыть, а какие нет. Можно вернуться к истории на набережной Спортивной гавани, когда нужно было сделать прорубь для моржей. Два предписания было от Маслова (глава Роспотребнадзора – прим. ред.) о категорическом запрете купания, потому что вода не соответствует экологическим нормам. А люди спрашивали, что, не могут кубик выпилить?

– Есть ли перспективы, чтобы с помощью администрации Приморья передать земельные участки от Минообороны? Понятно, что это долго. Но сейчас есть депутаты Госдумы. Всех напрячь. Мы ведь говорим про туристический потенциал Владивостока. Понятно, что не все азиатские туристы любят купаться. Но ведь хабаровчане раньше всех заныривают. И владивостокцы тоже хотят купаться.

— Что касается благоустройства Спортивной набережной, то мы продолжим. На мысе Кунгасный тоже проблема с качеством воды из-за стоков. Надеюсь, что край в ближайшем будущем разрешит проблему. Но благоустройство территорий там будет сделано. За Шамору плотно взялись. Парк имени Лазо на Санаторной – там тоже порядок будем наводить.

И вместе с губернатором будем работать над тем, чтобы городские пляжи могли стать действительно городскими.

— Особенно на островных территориях. Например, возле Океанариума есть пляж, который заставлен лавочками, контейнерами, в которых летом хачапури готовят. Но у нас планы про 5-звездочные отели на Русском…

Виталий Васильевич, вы уже упоминали о выводе доходов из тени. А что касается пит-стопов вдоль дорог. Приезжие говорят: "У вас фишка такая купить в ларьке еду и постоять поесть". На самом деле: насколько это легально? Многие "втыкают" эти киоски в тех местах, где не надо, пробки создают.

— Вообще для чего это делается? Для предоставления комплекса услуг населению. Бабушки могут продать свежие огурчики с дачи или картошечку. С другой стороны, на пит-стопе можно кофе купить по пути. И для развития малого предпринимательства. По факту мы имеем 1 405 согласованных мест размещения НТО. Я не уверен, что их должно быть так много. Обязательно пересмотрим.

— Либо они согласовали территорию, а потом себе еще взяли кусок дороги.

— Так как краем не принят порядок размещения НТО, люди ссылаются на то, что раз порядок не принят, значит, стоим там. На самом деле они нарушают закон. Пока порядок не принят, они обязаны иметь договор аренды. Как будет порядок принят – так можно будет по упрощенной схеме без договора аренды стоять.

Но меня волнует ещё и другой вопрос. Пит-стопы – это ИП, юрлица. Я сейчас стал внимательно относиться к тому, какую сумму налогов тот или иной ИП платит в бюджет. Когда по дорогам у нас пять компаний выиграли конкурсы по БКД, я обратил внимание на качество работ, а также сказал: "Я посмотрю, сколько вы заплатите налогов". В прошлом году взяли на сотни миллионов рублей контрактов, а заплатили 77 тысяч рублей налогов.

Мы не можем не допустить к аукциону, но подать данные в налоговую о том, кто какие аукционы выиграл, на какую сумму, и совместно с налоговой поработать над справедливостью уплаты налогов – это обязательно. Это и касается НТО. Записки приходят: "Все не можем получить. Два года работаем. Убиваемся". Я говорю: "Покажите, сколько эта компания налогов уплатила за прошедшие два года". Оказывается, что ноль. Имеют ли они право жаловаться?

После печальной ситуации в Кемерово возникла статья расходов в 760 млн на дооборудование системы пожарной сигнализации в садиках и школах. Их где-то надо брать. Вот они не платили два года налоги, пусть сейчас и заплатят, а мы хоть в одном садике обновим сигнализацию. То есть нужно призывать и к совести.

— И как реагируют?

— Посмотрим по налоговым декларациям. Надеюсь, люди включатся. Когда меня критикуют за грязь в центре, окурки, мол, плохо убираемся… СГТ четыре раза в день на центральной улице убирает урны. Хоть 6–7 раз будем убирать, все равно мимо урн будут кидать. В идеале нужно урны убрать, так сэкономим расходы города на уборку этих окурков. Донесите ваши окурки до дома.

— Это воспитывать надо. Про налоги любопытно.

Генплан на благо города

— По центру еще скажу. При точечной застройке или когда кто-то хочет впихнуть в центр города магазин, не имея парковок, а потом город задыхается, происходит ведь экономия на том, чтобы строить парковку. Но когда мы введем платные парковки, хочу, чтобы это легло не на плечи жителей, а на плечи этих "сэкономивших" предпринимателей. У них будет необходимость компенсировать людям стоимость парковки. Как в любом городе: приехал, зашел в супермаркет, припарковался – тебе дают парковочный талон на час, который ты засунул в паркомат – и поехал дальше.

— В некоторых магазинах так делают. Здесь бизнес будет заинтересован. Иначе никто из клиентов не придет. Коль упомянули про точечную застройку, есть яркий пример – строительство вокруг Театра оперы и балета. Как быть с точечными застройками? Как они вписываются в генплан?

— Генплан принят, ПЗЗ приняты. В большей части мы довольны. Потому что можно всем двигаться дальше. Учтены многие замечания. Почти весь город накрыт необходимостью для всех застройщиков иметь план планировки территории. Причем его может делать город или застройщик под нашим контролем. Соответственно, как будут устроены маршруты движения после того, как ты построишь, где будут тротуары? А если жилой дом, то где детский сад, школа? Насколько они заполнены? Это все должно учитываться.

Сейчас влезть в эти "дырки" города, поставить жилые свечки – этого уже нет. Если есть инженерные сети, понятно, как будет организовано движение, есть социальная инфраструктура, тогда можно строить. При этом этими правилами защищен исторический центр города, там введено ограничение по высоте зданий на уровне 30 метров, или 6 этажей. Чтобы не закрывать бухту и не возвышаться баклажанами над историческим центром.

Есть еще одна замечательная вещь, которую, может быть, многие пропустили, но мы ею обязательно воспользуемся. Это комплексное и устойчивое развитие территорий – КУРТ. В Градостроительный кодекс это понятие включено. И во Владивостоке можно его эффективно использовать.

Часть территорий, которые не являются украшением города, нужно развивать. А механизма развития не было. Как часто бывает, прописывают 20 человек на 1 квадратный метр, и никто не может расселить.

— Я так понимаю, это вы про овраг на Дальпрессе?

— Да. Голубиная падь и прочие. Я готов информировать, что прописывать по 20 человек на квадратный метр уже бесполезно. С 2017 года действует КУРТ.

Виталий Веркеенко

Виталий Веркеенко. Фото: Александр Ратников. ИА PrimaMedia

Администрация развития

– Виталий Васильевич, на уровне края идет преобразование в правительство. В администрации города тоже, судя по ощущениям, какая-то реструктуризация готовится.

— Ощущается, да?

— Ощущается. Что планируется?

— Если смотреть на структуру той или иной администрации, то можно понимать, в каком направлении она движется, способна ли она выполнить цели и задачи. Уровнем компетенции специалистов, работающих здесь, я доволен. Вопрос коррупции абсолютно неприемлем. Я всех права на незнание лишил. Личные беседы проводил. С правоохранителями у нас связь и договоренность, что будем поступать жестко, даже жестоко. Мы предупредили, что это табу. Нам нужно получить доверие жителей к администрации и инвесторам. Поэтому это табу.

Сейчас структура администрации – структура сохранения, процесса. А мы меняем парадигму – от процесса к результату. И от режима сохранения – к режиму развития. В этой концепции будет меняться структура администрации. У нас в ближайшее время появятся дополнительные отделы и управления, отвечающие за это развитие в плане туризма, международных отношений. Я уже говорил и на себя замыкал эти направления ввиду их ключевой важности. Появятся направления работы, связанные со стратегией, с проектным управлением, с поддержкой общественных инициатив и их развитием. Связанные с проектами развития. Но это уже детали.

— Здесь и кадровая политика важна. Нужно привлекать новых людей, менять мировосприятие тех, кто сейчас работает.

— Я приятно удивлен, что многие перестраиваются довольно быстро.

— А где ищите кадры?

— С одной стороны, есть проблема с кадрами. С другой стороны, я сейчас не ощущаю дефицита потенциальных кандидатов. Но если такая потребность будет, то скамейка запасных очень длинная уже. Кадровый резерв находится в рамках этой миссии, философии, стратегии подхода. К счастью, у меня большая команда поддержки и последователей, многие из которых являются компетентными людьми. Поэтому я уверен, что мы с этой командой будем эффективно двигаться дальше. Но если по каким-то причинам, не дай Бог, коррупционным или по невозможности где-то поменять подходы и менталитет, а также по каким-то другим, то могут возникать сложности. В любом случае, есть уверенность, что с командой проблем не будет. Мы сможем быстро и эффективно развиваться.

P.S.: Беседа с мэром оставила очень позитивные впечатления. Да, его появление на посту главы Владивостока – это все-таки стечение обстоятельств. В чем-то уникальное. Как и появление Андрея Тарасенко в роли врио губернатора Приморья. В обычных условиях оба этих человека вряд ли бы оказались на этих должностях. А потому у жителей Владивостока и всего Приморья есть шанс принять активное участие в изменениях. Стать участниками процесса, чтобы сделать изменения в хорошем смысле неизбежными.

Загрузка...

© 2005—2018 Медиахолдинг PrimaMedia