Юрий Морозов: В духовом оркестре «тихушники» не приживаются

Главный дирижер духового оркестра поселка Кавалерово - про путь музыканта, талант и выдающихся учеников
Главный дирижер духового оркестра поселка Кавалерово Юрий Морозов. Фото: предоставлено Юрием Морозовым

28 августа, PrimaMedia. Профессиональный путь главного дирижера духового оркестра поселка Кавалерово Юрия Морозова растянулся на 43 года. В послужном списке: три музыкальных образования, несколько оркестров, президентская награда – заслуженный работник культуры РФ и сотня учеников, которые до сих пор помнят и любят своего учителя, определившего их профессиональный и человеческий путь. Юрий Морозов рассказал корреспонденту ИА PrimaMedia о нелегком, но благодарном пути дирижера в провинции.

— Юрий Михайлович, расскажите о своем творческом пути, с чего все начиналось?

— В 1971 году я поступил в Уссурийское культпросвет училище на духовое отделение, где и отучился четыре года. Поступал я без начального музыкального образования, просто очень хотел, и мне дали такую возможность. За четыре года я освоил все инструменты: и балалайку, и духовые, и народное отделение, потому что был очень голодный в плане музыки. Когда вернулся в родное Кавалерово, создал вокально-инструментальный оркестр "Хрусталики" при ДК имени В.К. Арсеньева. В оркестре у меня играли одни девочки, мы ездили с концертами по всему Приморскому краю, принимали участие в конкурсах Фонда мира. Играли мы, в основном, детские вещи: "Вместе весело шагать", песни композитора Юрия Чичкова, песни войны. Потом в какой-то момент у меня наступило насыщение, и я поступил в Хабаровское училище искусств на отделение по классу трубы, закончил его за три года экстерном, так как первый и второй курс прошел за один год и начал работать в Хабаровском симфоническом оркестре. Потом создал оркестр в Сельхозтехникуме, чтобы в работе применять полученные знания. Дальше поступил в Хабаровский институт культуры и искусств, отучился и вернулся в Кавалерово, где начал заниматься чисто духовым оркестром, чем и занимаюсь до сих пор, и это, в общей сложности, 43 года.

Концерт

Концерт. Фото: предоставлено Юрием Морозовым

— Когда начинали, сколько было человек в оркестре? Как набирали?

— Первый состав, который был совсем маленьким, я собрал из своих друзей, из знакомых, из бывших гитаристов, брал людей практически с ноля, с улицы, никто из них не был подготовлен. И сейчас у меня остается такая тенденция, что я не беру готовых, я беру мальчишек из неполных или многодетных семей. У нас заключен договор с художественным руководителем и дирижером эстрадного оркестра МГУ им. Невельского Анатолием Якименко, что я готовлю для него музыкантов, и моих выпускников забирают туда всех, без разговоров, и дают льготы при поступлении. С этого года мои выпускники поступают в Приморский краевой колледж искусств во Владивостоке, потому что директор колледжа Владимир Перекрест бесплатно нам делает инструменты.

— Расскажите про ваших выдающихся учеников.

— Вот, например, Саша Хлус — концертмейстер группы валторн Президентского оркестра. Толя Машковский играет в ансамбле песни и пляски имени Александрова, его брат Костя Машковский, трубач, служил в оркестре министерства обороны, первую трубу играл. 20 лет назад у меня ученик был Василий Есауленко, и так сложилось, что он стал военным летчиком, оказался в США, на Гавайях. Позвонил как-то в самый разгар зимы, спрашивает, чем можно помочь. Я денег просить не стал, попросил мундштуки для валторн, ноты, трости для духовых, и он мне целую коробку из-под телевизора всего этого прислал. Вот такие у меня ученики, которые не забывают и помогают. Все помогают, так что грех жаловаться.

— Где вы сейчас выступаете?

— На всех общественных праздниках, когда народ собирается на площади: на 9 мая, на День пенсионеров. Мы никому не отказываем — от парадов до похорон, мы принимаем участие везде, где просят. Но и оттуда же я беру людей, детей, которых наша игра трогает. Потому что мы играем, они вокруг нас бегают, а потом просят дать инструмент, чтобы и самим попробовать: "Дяденька, а можно я вот на этом буду играть?". И вот сейчас у меня оркестр в почти 30 человек. Я подключил к оркестру кавалеровскую школу искусств – лет 20 назад мы открыли там отделение. Так я своих детей пропускаю через музыкальную школу: сольфеджио, фортепиано, теоретические дисциплины.

Сейчас открыли трехгодичную программу: ребенок оканчивает музыкальную школу по классу фортепиано, я его сразу беру на саксофон, на трубу, на валторну, выучиваю, отправляю в учебное заведение, где их мастерство востребовано.

— Талант у ребенка сразу можете определить?

— Я работаю уже 43 года, даже больше, поэтому я уже как профессиональный тренер на нюх могу определить, будет ли в ребенке, который просто ко мне подошел, какой-то толк. Недавно играли на банкете, бегал вокруг нас мальчик, их много обычно бегает, а я его сразу заприметил, с бабушкой переговорил, и все: теперь он в оркестре играет, будет поступать в училище. То есть я уже интуитивно вижу: какая физиология у ребенка, какой характер, что из него получится. И могу сказать, что, как правило, остаются трудные, шкодные, заводные пацаны, а "тихушники" в духовом оркестре почему-то не приживаются. И вот сейчас у нас в оркестре самому старшему – 67 лет, а самый молодой в первый класс ходит. Отток есть, но очень маленький, и я в принципе доволен теми, кто остается, кто дудку не бросает. Была у нас очень талантливая флейтистка Соня, великолепно играла, но мама захотела, чтобы она поступила на юридический. Она юридический закончила, но флейту не бросает, играет, где можно.

— Какие на данный момент самые острые проблемы?

— Проблем, как таковых, нет. Единственное, что плохо, что только программу подготовили, как два выпускника выскочили, приходится опять оркестр подтягивать. Я бы что-то серьезное разучивал, но пока не с кем. Потому что только к классике подойдешь – как все они уходят куда-то дальше учиться. Но это уже такая участь учителя начальных классов: он дает взлет-посадку, а дальше средняя школа, потом техникум, институт, академия — такие этапы.

— Кто-то вам в работе помогает?

— Да сам везде кручусь. Нашему, кавалеровскому начальству сказал, что главное, чтобы не мешали. Но, конечно, больная тема – это инструменты. У нас совсем старый фонд – с 50-60-х годов, их ремонтируешь-ремонтируешь, но металл же стирается.

— В конкурсах принимаете участие?

— По конкурсам сейчас много ездим. Во Владивостоке хорошо организовали региональный конкурс "Юный музыкант", все мои ученики лауреатами становятся, а один даже дипломантом стал, получил диплом первой степени. Мы хорошо выступаем, хорошо зарекомендовали себя, а детям интересно – есть, где показать результат вложенного труда.

Концерт

Концерт. Фото: предоставлено Юрием Морозовым

— Планируете в репертуар брать большие произведения?

— Хотелось бы очень много, но с кем я буду делать? Я недавно набрал деток – шесть-восемь человек, это вообще первый класс. И то, что мы играем: вальсы, марши, легкую танцевальную музыку – это как дети в первом классе рисуют палочки-кружочки, может быть, немного стихи Агнии Барто читают. А дальше я их отправляю в училище. Как мне один из их педагогов сказал: "Ты из гранита высекаешь голову, туловище, ручки-ножки и нам передаешь. А мы у них за четыре года пальчики прорезаем, губки. А в Академии уже шлифуют, лак наносят, и получается готовый музыкант".

Я же, как учитель начальных классов, не могу им алгебру и геометрию давать, я учу их музыку понимать. Вот вы про перспективы спрашивали. А я слежу за своими детьми и могу точно сказать, что среди них нет наркоманов или алкоголиков, нет социально деклассированных элементов. Значит, что-то музыка дает. И сколько я с ними встречаюсь, общаюсь, знаю, что все хорошо устроены.

Был у нас последний большой концерт – годовой экзамен, и я обратил внимание, что у всех детей лица вдумчивые, смышленые, глаза одухотворенные, с сигаретами или алкоголем они не монтируются. Бывшие выпускники теперь сами приезжают к нам с мастер-классами, рассказывают ребятам, что как музыканты сегодня востребованы.

— На детей, которые у вас учатся, так сила музыки влияет, коллектив, или вы как руководитель?

— Мой учитель мне говорил: если у тебя не екает в душе, если нет холодка в позвоночнике, значит, не твое это, бросай. Конечно, я с ними из урока в урок, люблю их, трясусь над ними, но и одернуть могу, особенно подростков, у которых в 12-13 лет ломка характера. Но здесь уже совсем тонкая работа влиять – потому что перед тобой еще не мужчина, но уже и не ребенок. А так как я в Кавалерово 64 года живу и знаю многих, то у меня уже внуки моих первых учеников играют.

— Какие-то напутственные слова детям скажите, которые хотят учиться музыке?

— Приходите, учитесь, сегодня сложно пробиться, а это вполне реальный шанс. А у детей, которые к нам идут, интерес к музыке не от родителей, родители не играют, а дети берут валторну, и у них получается, остаются и играют: флейта, валторна, тенор, баритон, тромбон. Это все специфические инструменты, неэстрадные, но они сегодня так востребованы, что музыкантов у нас забирают сразу.

Загрузка...

© 2005—2018 Медиахолдинг PrimaMedia