Щенки из Артема, объявленные "мертвыми", обретают хозяев по всему Приморью

Пока одни зоозащитники проводят пикеты против "бизнеса на крови", другие оказывают реальную помощь бездомным животным
Пикет зоозащитников во Владивостоке. Фото: Беляева Жанна, ИА PrimaMedia

Споры вокруг приюта для бездомных собак в Артеме переходят в более активную стадию, сообщает ИА PrimaMedia. В минувшие выходные группа людей, называющих себя зоозащитниками, провела два пикета с целью собора подписей под обращение губернатору Приморья — один во Владивостоке, другой в Артеме.

Во Владивостоке инициативникам выделили обычное для таких мероприятий место на привокзальной площади у памятника Ленину. Пытаясь привлечь внимание прохожих, зоозащитники развернули плакаты со страшными картинками со страдающими собаками и призывами защитить права бедных животных, которых в питомнике, по утверждению протестующих, морят голодом и подвергают всяческим издевательствам, а то и попросту умерщвляют.

"Щенков берут в частном секторе, а настоящие агрессивные собаки разгуливают по городу. Деньгами делятся с чиновниками", — объясняли зоозащитники сочувствующим, которых было не так уж много. Впрочем, задачи провести полноценный митинг, как понял корр. ИА PrimaMedia, у протестующих не было. "Главное зафиксироваться, стоять весь час не обязательно", — была брошена фраза.

И на словах, и в обращении губернатору присутствовали примерно одни и те же призывы: "Не допустить безразличие и халатность чиновников, приводящие к смерти невинных существ", "Закончить эпоху живодерских тендеров", "Приемник закрыть — лучше на улице, чем в живодерне" и так далее. Сочувствующие слушали и ставили подписи под обращением признать муниципальный контракт от 29 октября 2018 года с ИП Скрюченко Б.С. и привлечь к ответственности виновных лиц. Само обращение к губернатору, что интересно, никто не читал.

"Подписывайтесь, — торопили сочувствующих пикетчики. — За 2 месяца собрали 100 щенков на полмиллиона и оставили умирать естественным образом. Когда мы туда попытались проникнуть, от нас отгородились цепями".

На вопрос, каким же образом вы все-таки узнали, что творится в приемнике, последовал невнятный ответ: кто-то все-таки был, что-то успел увидеть, выводы делайте сами.

Что ж, слухами, как известно, земля полнится, а за настоящими, а не жаренными фактами лучше всего обращаться к тому, кто непосредственно видит, слышит и принимает участие.

Звоним волонтеру Евгении Киргизовой, которая по-настоящему, не на словах, а на деле принимает участие в судьбе питомцев приюта для бездомных животных в Артеме. Вместе с подругой Наташей собирает отвозит в питомник собачий корм, продукты. Не так давно за свой счет приобрели 45 доз сыворотки "Гискан-5", сделали прививки, чтобы защитить собак от болезней, для них опасных.

Уточняем у Евгении детали: сколько и каких собак содержится в питомнике. Сейчас там 19 щенков, 12-13 взрослых кобелей и восемь взрослых сук. Никто из них не голодает — еду варят ведрами, сообщает волонтер.

— Как собаки попадают в питомник? Я так понимаю, что телефон Бориса (предприниматель Борис Скрюченко, чье ИП заключило контракт с администрацией городского округа — прим. ред.) был везде размещен. Звонили с разных баз, дворов, где есть щенки, которые плодятся. Он ездил их ловил. Щенков, конечно, он набрал прилично. 30 щенков мы пристроили. Мы их развезли по разным городам Приморского края (Уссурийск, Фокино, Владивосток, Артем). У каждого щенка есть реальный хозяин, мы можем предоставить номера телефонов, фотографии. На данный момент у меня три щенка дома. И у Наташи в вольере четверо сидят", — рассказывает Евгения.

Почему в питомник забирают щенков, очевидно. Если у бездомного щенка появится любящий и заботливый хозяин, из этого щенка не вырастет злая и агрессивная бездомная собака, нападающая на людей.

Интересуемся, откуда пошли слухи о "бизнесе на крови". Оказалось, что основной бизнес ИП — разведение свиней. А питомник для собак располагается рядом. Кто-то из зоозащитников, не разобравшись, чьи капли крови увидел на земле у ворот (в тот день грузили туши только что забитых свиней), поспешил с выводами.

Потом в питомнике случился пожар (кто-то поблизости пустил пал). Случилось это ночью. Работники питомника стали спасать собак, обгорели сами. К сожалению, пять щенков задохнулись от дыма. Естественно, и это вошло в список "преступлений".

— Пикетчики говорят плохо о питомнике, потому что их туда не пускают. А не пускают, потому что они грязь льют с первого дня. Я бы их тоже не пускала. Потому что они куска хлеба собакам не принесли, а только высасывают из пальца дутую сенсацию, — горячится Евгения и признается, что когда питомник только открылся и пронесся слух о массовом отлове собак а Артеме, она тоже была настроена очень негативно: — Тоже думала, а вдруг их там убивают. Поехала туда в самый первый день, когда в питомнике открыли ворота для журналистов и проверяющих из городской администрации. На тот момент в питомнике было семь собачек. И я сразу приняла для себя решение себя помогать собакам. Не Борису, не администрации, а именно собакам.

А вообще-то поначалу Евгении представлялась некая идиллическая картина: волонтеры вместе с зоозащитниками помогают Артему сделать настоящий приют для бездомных собак, собирают их по всему городу, прививают, кормят, стерилизуют, а главное, пристраивают, отдают в хорошие руки.

— Я-то думала, что вместе мы сила. А люди отказались помогать. У всех в глазах миллион. "Не будем ему помогать, он миллион получит". О каком миллионе вообще идет речь? В пересчете выходит всего 25 рублей в день на собаку. Я никогда не думала, что зоозащита такая алчная. У них во всех разговорах: "Деньги, деньги, деньги", — бросает в сердцах Евгения.

Надо сказать, что для того, кто хоть как-то следит за судьбой реализации небесспорного регионального закона от 29 сентября 2014 года N 472-КЗ "О наделении органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями Приморского края по организации проведения мероприятий по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, отлову и содержанию безнадзорных животных, защите населения от болезней, общих для человека и животных" разговор о высокой прибыльности питомников, подобных Артемовскому, попросту нелеп. Во Владивостоке, вы думаете, почему до сих пор не создано ни одного собачьего приюта? Да потому что тарифы предпринимателей не привлекают. Вложишься в расчете на будущие "барыши", а на деле — хорошо, если хотя бы в "ноль" выйдешь.

Вот и в Артеме местная администрация несколько лет безуспешно Артема проводила конкурс на организации работы по отлову и содержанию бездомных животных, однако предприниматели не заявлялись — из-за сомнительной выгоды, поясняет начальник производственно-технического отдела управления жизнеобеспечения и благоустройства администрации Артемовского городского округа Татьяна Матвеева.

Наконец, нашелся человек, который решил рискнуть. Прежде чем открыть питомник, предприниматель за свои средства построил вольеры, закупил корм, купил грузовую машину, заняв денег у знакомых. По условиям контракта, нужно было создать и открыть сайт, было сделано и это.

— Контракт был заявлен на 1,1 млн рублей. Но так на его исполнение оставалось менее полугода (до 31 декабря 2018 года), предприниматель освоил 460 тысяч рублей. Всего предприниматель отловил 113 собак. На каждую собаку составлялся акт, все акты были сданы и проверены, — рассказывает Татьяна Матвеева. — За период исполнения контракта питомник неоднократно проверялся. Прежде всего, с проверками приезжали сотрудники государственной ветеринарной инспекции Приморского края, которая разрабатывала региональный закон, контролирует его исполнение и выделяет деньги, заложенные в краевом бюджете. Нарушений найдено не было. Свои проверки проводила прокуратура, приезжала полиция. Проверку по исполнению контракту проводило краевого управление антимонопольной службы. Явных нарушений выявлено не было, были некоторые замечания. УФАС пришло к выводу, что контракт действующий и работать по нему можно.

По словам Матвеевой, предприниматель был готов работать и дальше, но его "съели". Причем не чиновники и проверяющие органы, а так называемые зоозащитники, которые ни разу не приезжали на территорию питомника.

— Да ведь они практически все живут во Владивостоке, — поясняет собеседница агентства. – Не пускают их на территорию питомника именно потому, что они объявили предпринимателю и администрации АГО информационную войну. А в начале, наоборот, я пригласила всех артемовских зоозащитников посетить питомник. Чтобы не было вопросов. Непонятно откуда возникла владивостокская группа. Со мной даже не встречались. Только пишут различный негатив и про меня, и про Бориса Скрюченко.

Отважится ли Борис Скрюченко еще раз пойти на конкурс, большой вопрос. Ведь на контракте он, по сути, ничего не заработал. Возможно даже, остался в минусе. Сейчас, например, контракт завершен, а собаки в питомнике содержатся. За ними ухаживают, кормят уже за счет предпринимателя и волонтеров Жени и Наташи. Станет потеплее, двери вольеров откроют. Собаки, покинувшие питомник, уйдут, что называется, на вольные хлеба. Тех, что останутся, будут кормить. Без всякого контракта.

Загрузка...

© 2005—2019 Медиахолдинг PrimaMedia