PrimaMedia, 4 мая. Владивосток сбрасывает зимнюю пыль и готовится встретить лето в чистоте. Улицы города отмывают от остатков реагентов и песка, приводят в порядок остановки, тротуары и магистрали. Стартовал традиционный двухмесячник чистоты, и работы у специалистов немало. О том, с какими вызовами столкнулось муниципальное предприятие "Содержание городских территорий" в новом сезоне, почему мойка остановок похожа на душ, какие "сокровища" находят в ливневках и почему борьба с граффити часто напоминает бой с тенью, корреспондент ИА PrimaMedia Наталия Соколовская поговорила с директором СГТ Еленой Кузнецовой.
— Сезон уборки стартовал — с какими вызовами предприятие столкнулось в первую очередь? Как СГТ подготовилось к весенне-летнему периоду, какие работы, возможно, были выполнены на опережение и какие задачи сейчас в приоритете?
— У нас каждый год проходит большая уборка — и связана она, честно говоря, не столько с двухмесячниками, сколько с самим переходом от зимы к лету. Перечень работ из года в год, в принципе, один и тот же. Главное — после зимы полностью вычистить прибордюрную полосу от песка, от остатков пескосоляной смеси. Дальше начинается, наверное, самый важный этап — помывка дорог, тротуаров, остановочных павильонов. Все подряд.
Прибордюрную полосу мы можем начинать убирать чуть раньше — по сути, как только снег сошел. И эта уборка идет исключительно вручную. Сейчас у нас задействовано 160 человек, которые работают и в день, и в ночь — двухсменный график. Они вручную проходят всю прибордюрную полосу, формируют смет, потом мы его вывозим. Плюс — прометание тротуаров. Но основная часть перехода с зимы на лето — это все-таки мойка. Моем буквально все: леера, дорожное полотно, тротуары, остановочные павильоны. Отдельная история — Арбат и площадь Семеновская. Их, по-хорошему, надо мыть ежедневно, и мы это делаем. По графику в каждом районе города проходит моечная техника, а Арбат с Семеновской — практически каждый день. Иначе никак — на Арбате, к сожалению, даже сладкие напитки, которые проливают, оставляют очень заметные пятна. Ну и вот — моем постоянно.
Отдельная большая тема — механизированная уборка объездной трассы. Трасса протяженностью 13 километров, а если умножать лево-право и так далее, получается больше 40 километров. Вручную такое пройти крайне сложно. Поэтому там работает комплекс: убираем случайный мусор по обочинам — то, что из машин вылетает или люди в окошко выкидывают, — и плюс точно так же чистим прибордюрную полосу слева и справа. Только уже механизированно. Сначала идут две поливомоечные машины, они проливают дорожное полотно, размывают слежавшийся за зиму смет. Потом подключается трактор со специальным навесным оборудованием — это щетка, которая собирает все механически, а следом идет пылесос. Идем, прямо скажем, не быстро: слишком все спрессовалось за зиму. И еще четыре полосы, которые надо пройти до конца. Поэтому на объездной работаем в основном машинами — здесь по-другому просто не справиться.
Так что да, весенняя уборка — это огромный пласт: где-то руки, где-то техника, где-то почти ювелирная работа, как с пятнами на Арбате, а где-то — многокилометровые прогоны тяжелой техники. Но без этого город в лето не войдет.
— Насколько используемые средства безопасны для окружающей среды, если говорить об экологии?
— Да, у нас для этого есть специальные средства. Можно, конечно, мыть и обычной водой, но после зимы мы всем объясняем: важно не просто пыль смыть или увлажнить дорожное полотно. После зимы на асфальте остаются следы от шин плюс противоледные реагенты, плюс сама пыль, которая за зиму накопилась и которую всю зиму было не отмыть. Все это въедается, и обычной водой с этим уже не справиться. Поэтому мы используем специальный дорожный шампунь — он так и называется. Никаких опасных примесей он не содержит, абсолютно безопасный, но при этом гораздо эффективнее смывает все эти загрязнения.
— Сколько стихийных свалок уже ликвидировано с начала сезона? Какие механизмы вы применяете, чтобы предотвратить их повторное появление?
— Основной показатель правильной работы — это собранный мусор. Сейчас, после субботников, у нас порядка 2-х тысяч кубов. За прошлый год в целом вывезли около 21 тысячи тонн мусора, а за текущий период этого года уже порядка 6 тысяч. Это все, что собирается с обочин, складывается в мешки на остановочных павильонах, — весь этот объем мы вывозим в течение года.
Цифра, к сожалению, примерно одна и та же. И она не снижается просто потому, что число жителей плюс-минус постоянно. Очень хотелось бы, чтобы она падала, но пока не получается. А снизить ее можно было бы только одним способом — если бы повысилась культура наших жителей. Чтобы они не бросали мусор мимо урны. Кстати, выкинуть окурок из окна машины — это административное правонарушение. Но, чтобы наказать, это надо зафиксировать. Если бы люди еще и мусор из дома выносили прямо на контейнерную площадку, а не оставляли где попало, было бы вообще замечательно. Элементарные вещи, которые значительно облегчают труд.
Я всегда говорю: все, что касается этих безумных тонн мусора, — это чисто ручной труд. Человек идет по улице и все это собирает, потом мусор необходимо погрузить в самосвал, это тоже физический труд. Дворнику, рабочему очень непросто это все обслуживать. Но делать это необходимо, потому что, если мы ежедневно не будем вывозить эти пакеты, начнут формироваться стихийные свалки — такое допускать нельзя.
Теперь про Большой субботник и черные мешки вдоль дорог, которые раздражают горожан. Нам хотелось бы пояснить: субботник и двухмесячник чистоты — это очень правильная история. Но есть разграничение зон ответственности. СГТ занимается дорогами, тротуарами, и мы используем голубые пакеты. Черные пакеты у дорог — это либо управляющие компании, либо жители собрали. Мы с этим работаем, но, к сожалению, не можем бросить всю свою основную работу и заниматься только субботниками. Встраиваем вывоз этих пакетов в свой ежедневный график: у нас есть план работ по улицам, и постепенно все вывозим. Разом вывезти все это просто невозможно физически. При этом и свою работу останавливать нельзя — нельзя не заменять пакеты на остановках, нельзя не собирать случайный мусор, иначе все это моментально превратится в свалки. Поэтому работа идет, но она непростая.
— Как я понимаю, есть работы, которые проводятся по ночам, чтобы не мешать движению машин. Какие это работы?
— По ночам у нас идут те же самые работы, что и днем — и механизированные, и ручные. Сейчас это прежде всего сбор пакетов, помывка остановочных павильонов, помывка тротуаров. Если говорить, например, про центр города, то днем тротуары мыть, конечно, можно, но это не очень удобно для людей, поэтому переносим эти работы на ночь.
Кроме того, именно ночью наносится разметка. Ночью же проводится дорожный ремонт, ремонт люков — всех тех инженерных сетей, которые мы обслуживаем. В общем, есть вещи, которые просто невозможно или неудобно делать днем, — они все уходят в ночную смену. И точно так же ночью работает поливомоечная техника, чтобы днем не затруднять движение.
— В социальных сетях горожане активно сообщают о грязи, пыли и переполненных урнах, если видят такие моменты. Как быстро вы отрабатываете такие заявки?
— Мы всегда объясняем нашу принципиальную позицию: мы не работаем исключительно по заявкам. Потому что, если начать отрабатывать только заявки, наша текущая работа просто встанет. У нас есть четко сформированный ежедневный план, и дневной, и ночной. И мы стараемся придерживаться именно его.
При этом, если поступает заявка, и она территориально укладывается в этот план — например, мы запланировали Первомайский район, а тут обращение по какому-то участку у дороги или возле детского садика, — мы спокойно встраиваем ее в график. Для нас это безболезненно.
Бывают задачи посложнее: где-то нужно целиком очистить от случайного мусора косогор, где-то разобрать несанкционированную свалку. Такие вещи в текущий план, конечно, уже не вставишь. Тогда мы выставляем туда бригаду отдельно. Но, как правило, даже такие серьезные заявки отрабатываются за день, максимум двое суток — чтобы это не ломало общий график.
— Помимо проезжей части, СГТ отвечает за остановочные павильоны, тротуары. Сколько раз в год проходит мойка остановок? Как распределяются силы?
— Можно назвать это душем для остановок — да, по сути, это та же помывка, с шампунем. Если говорить про весну, то первая, самая капитальная мойка после зимы — это, наверное, раз в неделю или раз в полторы недели на каждом павильоне. Первый раз — она проходит очень тяжело: отмыть всё, что накопилось за зиму, невероятно сложно. На один павильон может уходить полтора-два часа: сначала наносишь средство, смываешь водой, снова проходишь со средством, трешь, снова смываешь — и так несколько циклов. А вот когда мы моем их постоянно, регулярно, грязь просто не успевает так сильно оседать, и процесс идет гораздо быстрее. Все как дома: если постоянно поддерживать чистоту, генеральная уборка уже не нужна. Поэтому на центральных маршрутах остановки моются точно раз в неделю, и днем, и ночью. Плюс раз в неделю у нас идет помывка подземных пешеходных переходов.
У нас сейчас 160 рабочих — это дворники, которые занимаются уборкой. Вакансии есть, порядка 20 мест открыто. Вообще, вакансии сохраняются всегда. Труд очень непростой. Наш рабочий не просто метет — он и мусор собирает, и пакеты на остановках заменяет. Зимой добавляется работа с лопатами — это серьезная физическая нагрузка. Люди уходят, кто-то новый приходит на смену. В целом для текущего поддержания города нам хватает. Мы не выполняем все виды работ — например, не занимаемся капитальным ремонтом дорог — но все, что касается санитарного содержания, все, что в наших силах, мы делаем.
Если говорить о технике, то летом ее хватает, и зимой, в обычном рабочем режиме, без авралов и больших снегопадов, тоже достаточно. Техника распределена по картам, по маршрутам, и я бы не сказала, что тут есть какие-то острые проблемы. Да, требуется обновление парка, и мы потихоньку с этим работаем. За прошлый год обновили около восьми автомобилей. Полностью разом заменить всю технику очень проблематично, но двигаемся постепенно.
Люди идут к нам по разным причинам. Бывает, приходят по направлению из центра занятости и остаются, потому что все понятно: зарплата, выходные, праздники, работа в ночь — все оплачивается в двойном размере. Я всегда рассказываю: у нас очень много людей, и судьбы у всех очень разные. Один человек пришел к нам от безысходности, остался, два года уже работает — и счастлив, и доволен, потому что ситуация была совсем безвыходная.
У нас семь производственных направлений. Первое — отдел текущего содержания: это рабочие по уборке. В группе рабочих есть мастер и старший мастер, утром мы делаем распределение по местам, мониторим, как идет работа. Сюда же относятся водители, которые работают на текущем содержании. Второе подразделение — инженерные сети. Они занимаются обслуживанием и промывкой ливневых лотков, заменой люков и другими подобными задачами.
Третье направление — безопасность дорожного движения. Эти специалисты наносят разметку, устанавливают и ремонтируют дорожные знаки и леерные ограждения. Четвертое — ремонт дорог: асфальтовые работы, локальный и аварийно-восстановительный ремонт, а также содержание грунтовых дорог. Важный момент: когда мы говорим о грунтовых дорогах, речь идет именно о тех, где требуется технологичная замена грунта — вынимается старый слой, засыпается новый и утрамбовывается.
Пятое подразделение — демонтаж незаконных объектов. Это все, что установлено без разрешения: гаражи, торговые объекты, не внесенные в схему, шлагбаумы, цепочки, столбики. Мы работаем по спискам, которые нам предоставляют, и выходим на демонтаж. Шестое направление — вывоз твердых коммунальных отходов: пока мы работаем только по Советскому району. И седьмое — служба эвакуации.
На данный момент у нас порядка 850 человек, из них около 300 водителей, а остальные — рабочие. За последние два года мы серьезно усилили и отдел безопасности дорожного движения, и демонтаж, и инженерные сети. У наших сотрудников тяжелый труд. Например, у подразделения по безопасности дорожного движения — вручную установить бордюр, нанести разметку ровно, уложить асфальт при высокой температуре, в самую жару. У одних — филигранная работа, как с разметкой, где нужно все рассчитать и выверить, у других — тяжелая физическая нагрузка. И у дворников труд крайне непростой: лопаты, пакеты, километры, которые они нахаживают за день.
Поэтому я всегда очень прошу и призываю жителей ценить этот труд. Элементарная вещь: не выброшенная мимо бумажка, фантик, донесенный до урны, — это уже будет большая победа. Потому что дворнику очень непросто. Город у нас большой, и каждый из этих людей делает его чище своими руками.
— Как быстро вы должны убрать последствия непогоды? Какой регламент действий на такие ситуации?
— Если говорить про зиму, то это сейчас, наверное, не очень актуально. Если про лето — да, тут мы в любом случае ждем выпадения осадков, потому что после каждого дождя нужно понимать обстановку. Первыми у нас на мониторинге всегда стоят потенциальные места подтоплений. Инженерные сети работают во время осадков. Специалисты отслеживают состояние дорог и, в случае необходимости, откачивают воду с проезжей части или прочищают приямки. А уже после непогоды приступают к плановому очищению ливневых систем.
Зато после дождя выходят традиционно все. Идут прочищать колодцы — и вот тут чего только не находишь. В ливневки, принимающие дождевую воду, попадают самые невероятные вещи. Был у нас и гусь. И стиральные машины — да, настоящую стиральную машинку доставали. Детские коляски. В общем, много чего интересного можно найти.
После осадков подключается и текущее содержание. Если, допустим, где-то грунтовые воды сошли на дорожное полотно — зачищаем, убираем, промываем. Летом, конечно, с этим чуть попроще: берем поливомоечную технику, где-то руками подбираем смет, а потом уже промываем начисто. Стараемся максимально быстро все это приводить в порядок. Но если осадки были не очень сильные, то справляемся оперативно. Другое дело — интенсивный ливень. Тут уже могут случиться и разрушения дорожного полотна. Если где-то смыло грунт, бригады работают круглосуточно, чтобы устранить повреждения в течение суток.
— А как проходит борьба с граффити?
— Граффити — это прямо проблемная история. Смыть краску можно специальными средствами, они существуют. Но вот вы видели подземные пешеходные переходы — там ее даже средством "Антиграффити" удается свести далеко не везде. У нас есть мрамор, есть гранит. Это все, с одной стороны, здорово и долговечно. Но нарисованное на таком материале граффити не берет даже профессиональная химия. Очень печальная история. И это опять же чисто ручной труд. Вот сейчас мы к праздникам полностью обновляем входные группы центральных пешеходных переходов — там оставались барельефы, так мы все это красим вручную, валиками. Работают люди. А потом приходит какой-нибудь подросток, рисует поверх — и весь труд, который мы неделями делали, превращается в ничто.
Граффити для нас — больная и тяжелая тема. И появляются они везде. Совсем свежий пример: на Молодежной поставили новые остановочные павильоны, а на них уже нарисовано. Да, мы отмыли, но пятна остались. Вид, конечно, уже совсем другой.
Как с этим борются? Есть несколько способов. Первый — сводить, закрашивать. Второй — наказывать. Говорят, такая практика тоже работала. И третий способ — выделить граффитчикам специальное поле для творчества. В некоторых городах так и делают: отдают им подземные переходы или другие пространства, где они могут спокойно реализовывать свои идеи. И вроде есть негласное правило: если нарисовано художником произведение, то по культуре уже не положено закрашивать или наносить поверх что-то другое. Мы тоже периодически рассматриваем такие варианты. В прошлом году, например, попробовали на пешеходном переходе через Океанский проспект.
Мы боремся, но даже на крошечном куске только что закрашенной серой краской поверхности обязательно найдется тот, кто оставит свой автограф. Очень печально, что портится и наш бесконечный труд — тяжелый, ручной, — и просто городское имущество.
И все это опять про культуру. Ведь все создается для жителей. Красится, убирается, обновляется, моется — для них же. А некоторые жители при этом относятся к этому как-то очень безалаберно. Опять же новые остановочные павильоны — это же здорово. Можно посидеть на лавочке под крышей, укрыться от дождя и ветра. Все же развивается. Понятно, что тот, кто разбил стекло или нарисовал на стенке, вряд ли об этом задумывался. Но люди, которые постоянно пользуются остановкой, особенно в дождь, очень ценят современный теплый павильон. Эту красоту и уют делают для них. А потом кто-то приходит и разом все перечеркивает. И эта история повторяется из года в год.
— Впереди майские праздники и День Победы. Какие работы проводятся к праздникам?
— К праздникам мы традиционно начинаем летнюю уборку с гостевого маршрута. Это не только центр — маршрут достаточно протяженный. Улица Маковского, Столетия, дальше Океанский проспект, Алеутская — все эти участки в первую очередь отмываются, вычищаются. Моются остановочные павильоны. И еще очень важная история именно к 9 Мая — нанести разметку там, где будет проходить Парад Победы и Бессмертный полк.
Параллельно прочищаем ливневые лотки, чтобы нигде не застаивалась вода, если пойдут осадки — их никто не исключает. После зимы все, что мы насыпали на дороги, оседает не только на проезжей части, но и в этих лотках. Поэтому их обязательно нужно промывать.
Но нельзя сказать, что мы только к праздникам так готовимся. Мы с этого начинаем, а дальше уходим в периферию. Перечень работ везде одинаковый. Если взять, например, инженерные сети, которые по своей специфике тоже относятся к текущему содержанию, то они работают и на Брянской, и на Флотской, и на Иркутской в ночь. У нас бригады трудятся день и ночь, поэтому захватываем все районы. Разница только в том, что к определенной дате мы обязательно наносим разметку, моем дорожное полотно. Ну и плюс покраска столбиков — тех самых металлических, что стоят в центре.
