Яна Блиновская: Ученые и стивидоры должны объединиться для решения экопроблем Находки

Профессор кафедры безопасности в чрезвычайных ситуациях и защиты окружающей среды Инженерной школы ДВФУ ответила на вопросы ИА PrimaMedia
Профессор Яна Блиновская. Фото: ИА PrimaMedia

В последнее время в публичном поле вновь активно обсуждают экологическую обстановку в портах Находки. Поводы для этого находятся самые разнообразные: заявления политиков, попытки Минприроды ввести в Административный кодекс РФ ввести жесткие наказания для стивидоров за экологические проступки, намерение Росморпорта расторгать аренду причалов с теми, кто их совершит, экомитинги с политической подкладкой и т.д. А между тем излишне эмоциональным требованиям "закрыть" всю угольную перевалку в Находке есть здоровая альтернатива: экологическую обстановку в портах Находки нужно всесторонне изучить, проанализировать, с тем чтобы подготовить научно обоснованные рекомендации для стивидоров и администрирующих структур. Именно в этом направлении движется группа ученых и студентов ДВФУ, которая под началом профессора, доктора технических наук, руководителя основной образовательной программы бакалавриата "Техносферная безопасность" кафедры безопасности в чрезвычайных ситуациях и защиты окружающей среды Инженерной школы ДВФУ Яны Блиновской проводит системные исследования акватории бухты Находка. Корр. ИА PrimaMedia побеседовал с Яной Юрьевной.

Главный загрязнитель не терминалы, а ЖКХ

— Яна Юрьевна, сколько времени вы проводите исследования в бухте Находка. И есть ли какие-нибудь результаты?

— Исследования в этом районе мы проводим второй год. Оценив состояние донных отложений, биоты водной среды бухты Находка, мы получили определенный багаж информации, которая характеризует состоянии акватории. И уже можно опционально определить, кто является загрязнителем в большей степени

— И кто же? Порты, осуществляющие перевалку угля?

— Безусловно, все портовые и прочие объекты, которые входят в состав водопользователей, воздействую на акваторию. Вообще нет такого предприятия, нет такого промышленного объекта, и деятельности человека в целом, которые бы что-то не загрязняли. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей.

Однако, проанализировав полученную в результате наших исследований информацию, мы пришли к выводу, что основной загрязнитель – вовсе не тот, на кого сейчас все показывают пальцем.

Основной загрязнитель – это, прежде всего, сфера ЖКХ. То есть, когда мы смотрим структуру загрязнения, когда мы видим там легкоокисляющуюся органику, фенолы, ионы аммония, поверхностно-активные вещества, то приходим к выводу, что это не столько промышленные стоки от предприятий, а бытовые стоки от ЖКХ.

— А что можно сказать о состоянии акватории, которую окружают порты?

— Здесь наблюдается очень интересная и неожиданная картина. Когда мы исследовали и донный грунт, и воду, и биоту, то очень удивились тому разнообразию жизни, которая имеется на дне.

Мы ведь все привыкли считать, что раз порт, то значит всё, абсолютно мертвая зона. Ничего подобного. Под причальной стенкой, например, очень много гребешков. Это всё есть в материалах отчета, водолаз-гидробиолог исследования сопровождает видеосъемкой.

Неделю назад мы проводили исследования на участке акватории ближе к выходу из бухты Находка, в 10 метрах от причальной стенки был и обнаружен трепанг.

— Чистая вода, значит? Ведь трепанг любит чистую воду.

— Она не то, что чистая. Она загрязненная, в ней есть тяжелые металлы, органика, большое количество взвесей. Нельзя сказать, что это идеальная среда для трепанга, но она оказалась пригодна. Все это говорит о том, что биота в этом месте живет, успешно приспосабливается к имеющимся условиям.

Исследовалась морская биота бухты Находка

Исследовалась морская биота бухты Находка. Фото: предоставлено Я. Блиновской

Я как раз формирую очередной отчет об исследованиях. Если посмотреть на результаты подводной съемки, то мы увидим здесь и асцидии, которые любят чистую воду; и серых ежей, это, как известно, ценный природный ресурс; и нуцеллу – это брюхоногий моллюск, который тоже любит чистую воду. А вот достаточно увесистый большой плотный трепанг. Ну и гребешков довольно большое количество. Съемки производились в районе водопользования одной стивидорной компании.

— Насколько знаю, у одного из стивидоров есть предложение искусственно выращивать марикультуру, которая очищает акватория в районе порта.

— Действительно, есть такой подход, предусматривающий организацию так называемых искусственных рифов. Работа строится по такому принципу: фильтрующие организмы, водоросли в том числе, рассаживаются в определенном порядке в зоне загрязнения и вбирают, поглощают, сорбируют загрязняющие компоненты. Водоросли, после того как они впитали это всё в себя, можно сказать, уже не жильцы. А вот другие организмы-фильтраторы (мидии, устрицы) могут многократно пропускать через себя мощнейший поток воды (десятки, а то и сотни литров в сутки) и вместе с питательными веществами поглощают и загрязнения. Но, к сожалению, также становятся существенно загрязнены. В итоге отфильтровывается вода, очищенная от тяжелых металлов, органики и взвесей.

— Так что же мешает внедрить эту технологию повсеместно?

— Трудности, связанные с организационно-нормативными вопросами. Сегодня всё, что касается моря и организации деятельности на море, находится под эгидой федеральных служб. Всё требует процедуры экологической экспертизы, которую не так-то просто пройти.

А, казалось бы, благая идея – высадить санитарную марикультуру, контролировать ее и заменять там, где требуется. Но идея искусственных рифов, к сожалению, тормозится административными барьерами.

А ресурсы для ее реализации в рамках научного сообщества есть. И у нас, и в ТИНРО, и в Институте биологии моря ДВО РАН, и в Приморском океанариуме, где занимаются такими исследованиями и предлагают решения, которые, правда, пока носят исследовательский характер.

Стивидоры решили разобраться сами

— Яна Юрьевна, какими возможностями обладает ваша исследовательская группа?

— Как я уже сказала, с нами работает профессиональный водолаз-гидробиолог. С нами сотрудничает Эколого-аналитический центр Школы естественных наук ДВФУ. Это аккредитованная лаборатория, уполномоченная давать официальные заключения.

Есть лаборатория и в нашей Инженерной школе, с таким же оборудованием, там тоже работают высококлассные специалисты. Но, к сожалению, эта лаборатория государственной аккредитации не имеет, это учебно-научная лаборатория, а для компаний-стивидоров важно получить авторитетный, официальный результат.

— Выходит, инициаторами ваших исследований являются стивидоры? Зачем им это нужно? Разве они не заинтересованы в том, чтобы истина оставалась на дне бухты Находка?

— На самом деле, истину скрыть невозможно. В рамках российского законодательства прописаны нормативные требования к предприятиям, предусматривающие проведение различных мероприятий, в том числе экологических. По нормативным требованиям предприятие должно проводить исследование в рамках своей территории и на границе санитарной защитной зоны. Однако некоторые стивидорные компании, я их называю экологически ответственным бизнесом, идут немного дальше и шире. И получается так, что по текущему состоянию исследованиями охвачена практически вся бухта Находка.

— То есть ваши исследования – это инициатива стивидоров?

— Да, ряд стивидорных компаний образовали своеобразный альянс и в его рамках решили расширить исследования и выявить настоящего загрязнителя, но не с той целью, чтобы указать на него, переложив ответственность, а с тем чтобы совместными усилиями что-то предпринять конкретное, улучшающее экологическую ситуацию в Находке. То есть такой задачи — кого-то закрыть, кого-то наказать – нет. Задача стоит следующая: сделать так, чтобы всем было комфортно, и бизнесу, и населению.

В исследованиях принимал участие водолаз-гидробиолог

В исследованиях принимал участие водолаз-гидробиолог. Фото: предоставлено Я. Блиновской

Сейчас в Интернете, в СМИ много разной информации о том, что проходят митинги, против угольной перевалки выступают и научные сообщества, и общественность, и обычные жители.

С одной стороны людей можно понять, им неприятно видеть угольную пыль, неприятно жить в таких условиях. Но, мне кажется, более правильно будет разобраться в ситуации, как ее исправить и как дальше с этим жить. Закрыть всех – это не выход. Много находкинцев лишится работы, а сам город — налоговых поступлений в бюджет.

Мне кажется, апеллировать к высказыванию губернатора Приморья о том, что в 2020 году будут закрыты все терминалы, которые не перейдут на закрытый способ перегрузки угля, — неверная в корне позиция.

Ведь в понимании жителей закрытая перевалка – это когда над всем портом устанавливается огромный купол, который абсолютно всё закрывает. На самом деле это — пороховая бочка, поскольку при определенной концентрации пылевоздушная смесь может взорваться, что очень опасно.

— Насколько я знаю, закрытая перевалка – это комплекс мер, позволяющий максимально закрыть такие операции, как выгрузка и погрузка угля, его доставка до места погрузки на судно. Это вагоноопрокидыватели, закрытые транспортные ленты, специальные погрузочные машины. Но уголь должен, конечно, открыто храниться, потому что, правильно вы сказали, он имеет свойство самовозгораться.

— Ну и те мероприятия, которые сейчас проводят многие стивидорные компании, — установка систем орошения и аспирации, иные подходы к пылеподавлению, они ведь тоже дают свои результаты. Но это должны делать все стивидоры единовременно. Ты, например, сделал всё, что нужно, внедрил новые передовые технологии, но твой сосед не сделал этого. И поэтому недовольство жителей останется. И коснется всех без исключения.

Нужно, чтобы все 11 компаний, перегружающих уголь по периметру бухты Находки, объединились на поприще экологической ответственности. Когда объединяются четыре-пять компаний, тоже, конечно, будет эффект. Но он будет недостаточный, локальный. И нужного результата мы добьемся гораздо позже, нежели тогда, когда объединяются все, и стараются конструктивно решать проблему. Надо менять подход, надо корректировать технологии в зависимости от конкретной ситуации. Именно в этом направлении мы и ведем исследования.

Надо, говорят, всем поголовно установить вагоноопрокидыватели с мощными аспирационными системами. Но это тоже не выход, потому что для этого требуются дополнительные площади. "Восточный Порт", например, может себе это позволить и успешно это реализует. В портах Находки это практически невозможно, не проводя коренную перестройку всего города. Поэтому и нужно искать альтернативные технологии, подходы и решения, позволяющие уменьшить пыление.

Пора объединяться

— Вот тут бы и привлечь наших дальневосточных ученых. По-моему это интересная научная задача для экологов – дать научно обоснованные рекомендации бизнесу, каким образом грамотно вести перевалку, вообще любую промышленную деятельность. Для того чтобы ходить на митинги и требовать "всё закрыть", не обязательно быть ученым и экологом. Это могут делать общественники и политики. Мне кажется, у общества сейчас есть запрос на то, чтобы экология не запрещала, а объясняла и рекомендовала.

— На самом деле человечество достигло уже такого уровня, что назад в пещеры никто уже не вернется. Никто не откажется от гаджетов, от электричества, от отопления в доме. На этом фоне призывы "Давайте всё закроем, и будет всем счастье" нелепы. Тот, кто постоянно размахивает 42-й статьей Конституции Российской Федерации, на самом деле лукавит, поскольку сам он никогда не откажется ни от автомобиля, на котором ездит на работу, от других благ цивилизации. А это все в совокупности мощнейший источник загрязнения, который наносит непоправимый вред всей среде. Сегодня экологическая проблема стоит гораздо острее, нежели иные проблемы.

Пищевая проблема (нехватка пищи, воды), проблема радиационных отходов, они сегодня отходят на второй план. Доминирует экологическая проблема. И экологи в данном случае должны объединяться, дабы помочь производству организовать свою деятельность так, чтобы обеспечить гармоничную среду обитания и для населения, и для бизнеса.

Никто не спорит с тем, что солнечная энергетика, ветровая энергетика, приливно-отливная и прочая альтернативная энергетика — это хорошо. Но когда мы начинаем подсчитывать экономику, когда начинаем смотреть на эксплуатационные расходы и прочее, то здравый смысл говорит – нет, в определенном смысле лучше использовать традиционную энергетику. И вот тут подходы могут быть разные. Или у нас всё чадит, формируется смог и вредные выбросы в атмосферу, или мы ставим очистные сооружения и грамотно организуем технологический процесс. Дело именно в этом. Другими словами, технологический процесс должен быть экологизирован.

В конце концов, дышать чистым воздухом и видеть чистые подоконники в своей квартире хотят и работники угольных терминалов.

— Может быть, еще и поэтому экологически ответственные стивидоры, как вы их называете, решили обратиться за помощью к ученым?

— Знаете, мы у них сами спрашивали, зачем им нужен этот проект. Ведь для них это дополнительная трата денег, поскольку юридически они и так чисты и поэтому могут обойтись без дополнительных исследований. Для них это дополнительное финансовое бремя. Мы, как исследователи, от этого точно выигрываем, получая уникальный фактический материал о состоянии морских экосистем. Но нам говорят, нет, мы хотим все-таки разобраться, хотим понять, кто загрязнитель.

Сейчас мы начали первый этап этой комплексной работы. Мы выделяем источники загрязнений, проводим их анализ, выясняем, кто, сколько, в каких районах и в какой концентрации воздействует на акваторию.

Когда эта фаза будет выполнена, станет понятно, каким образом формировать схему мониторинга. То есть конечная цель проекта — в рамках бухты Находка организовать сеть мониторинга, вести его не только у причальных стенок предприятий, но и на удалении, в фоновой точке, отстоящей от явных источников загрязнения. Это поможет нам получить целостную информацию о состоянии бухты и о вкладе всех водопользований в ее загрязнение.

— Яна Юрьевна, объединение науки и бизнеса можно только приветствовать. А что власть? Когда ученых в последний раз приглашали на совещания, на которые приглашают стивидоров, представителей надзорных органов, общественников?

— Когда эта проблема возникла, в 2017 году, мы с коллегами участвовали в нескольких совещаниях непосредственно в Находке. После этого не приглашали.

— Сегодня многие ратуют за то, чтобы экологические проблемы решались только политически. Но мне кажется, есть и другие методы. Например, ваш – синергия науки и бизнеса.

— Согласна, сегодня ученые и стивидоры должны объединиться для решения экологических проблем Находки. Но не только. Требуется объединение еще и с гражданским обществом. Нужно развивать экологическое сознание во всех сферах, повышать экологическую ответственность и грамотность.

У нас есть очень мощный блок, посвященный экопросвещению, на всех уровнях. Это касается и мусора, и угольного пыления и практически всех видов загрязнений. Наша задача – не просто показать проблему, сказав, что это плохо, а еще и предложить ее решение. И делать это нужно, объединившись. Ученым, бизнесу, власти, общественности. Вот тогда и будет результат.

Конечно, нужны дискуссии, даже какое-то противостояние, без него невозможно получить оптимальное решение. Противостояние должно быть, но оно должно быть конструктивным. Если у нас будет отсутствовать конструктивный подход, то всё будет напрасно. Это должны понять и политики, и чиновники, и производственники. И, к счастью, компании, с которыми мы работаем, начинают это понимать.

‡агрузка...

© 2005—2019 Медиахолдинг PrimaMedia