Что такое владивостокский рэп и с чем его едят?

PrimaMedia, 4 марта. В новом десятилетии первенство в приморской музыке перешло к инди-направлению: гитарная сцена звучит не только во Владивостоке, но и по всей России, а иногда и за её пределами. Но что происходит со здешним рэпом — жанром, который давно вышел за собственные рамки и предлагает слушателю мультиформатный способ отражения действительности? Мнения о местной сцене неоднозначные: одни считают, что "хип-хоп сцена здесь говно" или его вовсе не существует, другие напоминают, что когда-то Владивосток задавал тренды в центральной части России, привозил моду на новое звучание, ещё до периода своей региональной стагнации.

Сегодня, в эпоху стриминга, когда музыка развивается более самобытно и исполнители всё реже соприкасаются друг с другом, в дальневосточной столице продолжают появляться сильные артисты, которые ещё могут заявить о себе. Корреспондент PrimaMedia Илья Улимов попытался разобраться, что происходит с рэпом в приморской столице: узнал, каким он был в нулевые и в "золотую эру" российской сцены, и выяснил, что осталось от былого величия сегодня, а также попробовал показать, что владивостокский рэп рано списывать со счетов и у местной сцены есть перспективы.

Владивостокский рэп разный!

Работая над этим текстом и пытаясь осмыслить владивостокский рэп, как культурное явление, я обратился к своим друзьям, людям, которые уже выкладывали свои треки на стриминговые площадки или сами участвовали в онлайн-баттлах. 

Первым, кого мне посоветовали для прослушивания, оказался Витя Classic — это классический русский рэп нулевых: тот звук, который зумеры слушали в школе, ещё до эпохи стримингов, когда музыку перекачивали друг другу по Bluetooth или IR-порты и копирование трека с телефона на телефона занимало времени больше, чем сам трек. Рэпер же выиграл один из главных баттлов в России, "17-й Независимый баттл" (18+). Вторым стал исполнитель Билли Ногами, в творчестве которого можно точно услышать Приморье.

Я также обратился к музыкальным экспертам: критик Петр Полещук описал сцену очень кратко и довольно критично — "хип-хоп сцена во Владивостоке говно", и посоветовал обратиться к редактору The Flow (18+) Кириллу Бусаренко, и он уже рассказал мне о том, что происходило здесь в нулевые. 

Прослушав же музыку современных исполнителей, я пришёл к выводу, что рэп приморской столицы не претендует на уникальность формы: в музыкальном плане он предлагает тот же опыт, что и работы более крупных артистов. Если в инди-сегменте нередко можно уловить узнаваемые интонации города у моря, то в рэпе чаще всего следуют по универсальному, уже привычному маршруту, однако Владивосток все же где-то становится центральным образом творчества, а у кого-то важной точкой развития музыкального ремесла.

На одном из релизов, получивших признание публики — альбом "Hot! Springers" (18+) легко считывается своеобразный молодежный код города. Моим открытием также стал музыкальный проект "самый маленький человек" и альбом "2032" (16+). Это текстоцентричное высказывание, в котором слово выведено на первый план, а музыкальное сопровождение следует за ним. Исполнитель под творческим именем "Сухое Солнце" также работает с рэпом как с формой отражения действительности, однако здесь это происходит через личную рефлексию, с явными отсылками к популярному рэперу Хаски.

С "Сухого Солнца" и "Самого маленького человека" началось моё знакомство с владивостокским современным рэпом и его формами. А у Slow Sotnic я услышал и увидел сам город — в подаче, в текстах и визуале. Но для начала я обратился к истории и узнал, каким владивостокский рэп был в нулевых.

Каким был Владивостокский рэп нулевых?

Чтобы лучше понять рэп-сцену Владивостока нулевых, я обратился к редактору The Flow (18+) Кириллу Бусаренко. Он из Владивостока и признаётся, что его основной слушательский опыт хип-хопа пришёлся как раз на нулевые и десятые годы. Кирилл сфокусировался на творчестве двух групп V-Style (их дебютный EP вышел в 2007 году) и Вульгарный тонн (была основана в 2005-ом году). Группу V-Style он назвал "трэп-отцами". "Именно они одними из первых привезли в Приморье, а затем и в Россию в целом южное звучание американского рэпа и сумели не просто адаптировать его, а сделать по-настоящему узнаваемым и востребованным", — рассказал Кирилл.

Коллектив V-Style не ограничивались локальной сценой: они активно работали с другими артистами, в том числе сотрудничали с рэпером Смоки Мо. V-Style выступили продюсерами его альбома, который заметно отличался от предыдущих релизов исполнителя.  "Смоки Мо изначально был известен как мистический, почти романтический рэпер из Петербурга: он читал тексты-шифры, тексты-загадки, его третий альбом спродюсировала группа V-Style, и это уже был совсем другой звук более жёсткий, рэп-трэп про деньги, успех, уличную энергию", — отметил Кирилл.

V-Style также спродюсировала альбом "Джига" (18+) рэпера Джигана в 2016-ом году. Кирилл отметил, что это был примечательный этап в карьере артиста: релиз, где Джиган попытался уйти от образа поп-рэпера и переформатироваться. Продакшеном и песнями занимались именно участники V-Style, и во многом благодаря их работе пластинка получилась удачной — её даже можно назвать одной из самых сильных, если не лучшей в дискографии исполнителя.

Владивостоский рэп был и на телевидении. Музыкальный продюсер Виктор Абрамов из Владивостока по предположениям Кирилла "протаскивал" приморскую сцену уже на федеральный уровень, он работал на нескольких культовых для российской сцены лейблах: Respect Production (18+) и Black Star (18+), а также участвовал в создании шоу "За Респект" (18+), там же участвовали вышеупомянутые V-Style.

Вульгарный тонн — это была уже другая музыка: в её стилистике отчётливо слышался социальный рэп. Например, в треке "Когда проснётся этот город" (18+) упоминается дата — 16 января: в этот день произошёл пожар на улице Гоголя, который стал мрачной точкой в истории города. Вот строки из лирики:

"Здесь это внутри, а слово — понятие узкое
Там, где встречается Семёновская с Алеутской
Затянет туманом, ветром залётным задует
Я молчу, но город гудит в июле
Хохочет весельем город и вроде бы зря,
Но помнит и скорбит шестнадцатое января"

История Вульгарного тонна началась во времена, когда владивостокским рэпом по-настоящему правила улица. Простые парни с городских окраин читали о своей жизни честно и без прикрас, превращая личный опыт в музыку. Для некоторых участников этот опыт включал и непростые жизненные обстоятельства, в том числе периоды лишения свободы, что только усиливало ощущение подлинности их текстов. Как и их чернокожие собратья на другом конце планеты, они выплёскивали в микрофон мысли и чувства настолько прямо, насколько позволял их собственный язык и жизненный багаж. Это был сырой, искренний и по-настоящему уличный рэп.

Точно можно сказать, что обе эти две группы описывают не только владивостокскую музыку, но и весь российский рэп того времени. Их точно нельзя назвать "модным" рэпом, который бы играл в клубах, скорее их место — падики и громкие колонки пацанов с района. 

Рэп-музыка Владивостока и России в середине 2000-х годов находилась в "золотой эре"

Максим Будущев и его музыкальный проект "самый маленький человек" появился, как раз в 2010-ом году, и имел локальную популярность, на концертах собиралось в среднем 50 человек, ребята также выступали в Хабаровске, а в паблике "ВК" (16+) у них 637 подписчиков. В первое время их музыка заметно отличалась от того, что можно услышать сегодня в их творчестве. "Это был коллектив из четырёх человек, в творчестве которого сочетались бас, гитара и вокал", — рассказал Максим. Это была своего рода экспериментальная поэзия и музыка, что-то на стыке жанров, что-то в духе андеграудной группы „Обезьянос“.

По его мнению, рэп-музыка Владивостока и России в середине 2000-х годов находилась в "золотой эре". Тогда, ещё до распространения стриминговых сервисов, артисты просто от души занимались творчеством. "Я всегда тяготел к андеграунду — к странной, необычной музыке, которая могла отпугнуть массового слушателя и совершенно не понравится обычному", — отмечает Максим. Сейчас он видит, как молодые ребята собираются в клубах, и показывают свое творчество, но большого интереса это у Максима не вызывает.

За рэп-тусовкой Владивостока Максим наблюдал еще в начале и середине и двухтысячных. Он признается, что ему нравилась "местная культура". Тогда как раз и появилась группа Вульгарный ТоНН.

Альбом "2032", вышедший в 2022 году, отлично резонирует с современностью. По словам Максима, он был написан ещё в 2021 году, когда нестабильность только начинала проявляться, а из насущных проблем ощущалась адаптация людей к новому мировому порядку после пандемии. В лирике точно отражены переживания о том, с чем миру только предстояло столкнуться:

"вашего дома больше нет
так нам сказали
но посмотри
пусть в эпицентре пустыни мы
за перилами отчего края земли
где фонари сменили кометы,
спичкой вспыхнувшие города
меланхолично останемся в лете
покуда в каждом зреет голубая звезда"

Максим рассказал, что их музыка — "домашний продукт": сведение и мастеринг они делают сами. Он сам отвечает за голос и текст, его коллега музыкант Дима Ноткин за полировку конечного материала. О их музыке можно сказать следующее: на первом плане находится текст, которому сопутствует электронное звучание. Это экспериментальный хип-хоп, в котором две составляющие, музыка и речитатив, пересекаются и переплетаются, превращаясь в цельное произведение.

Музыка дуэта напоминает Дельфина. Хотя, по мнению критиков, творчество Андрея Лысикова трудно отнести к какому-либо конкретному жанру, нельзя отрицать, что музыкант существует на стыке хип-хопа и экспериментальных направлений.

Максим не относит себя к рэперам, однако влияние жанра в творчестве дуэта, безусловно, можно подчеркнуть. Группа сформировалась ещё в середине двухтысячных, но что в рэпе происходит сейчас?

Два лагеря рэперов Владивостока

Даниил Кузнецов "Сухое солнце" известен во Владивостоке не только музыкальной поэзией. Его творчество отмечали музыкальные эксперты из издания "Мастера Сибири" (18+). Через его музыку можно услышать, как звучит рефлексирующая лирика Владивостока. В Приморье Даниил переехал из Красноярска: этот период стал для него самым насыщенным. Именно здесь он начал активно заниматься творчеством. Выступал на поэтических площадках города. По его словам, выступать в приморской столице непросто: мест немного, и чаще всего там собираются одни и те же люди. Он не берётся оценивать чужой уровень, но со временем выделил пространства, где чувствует себя органично.

Кузнецов пришёл в рэп через поэзию, граница между стихами и речитативом для него всегда была условной. Он также был известен во Владивостоке своим перфомансом, когда повесил манекен на виадуке на Баляева: на нём был QR-код с пресейвом трека с дебютного альбома "Кинцуги", а на спине — трек-лист пластинки. "Стартовал с поэзии, я до сих пор считаю себя в том числе поэтом", — отмечает Даниил. Здесь он выступал на разных площадках, знакомился с местной поэтической средой, с приморскими авторами. Он признается, что раньше ему не хватало сильного сообщества, где можно было бы развиваться, общаться, обмениваться опытом и своим взглядом на творчество.

Начало дебютного альбома Даниила "Кинцуги" (18+) стало для меня неожиданным. В нем в качестве эпиграфа к своему дебюту он использовал старый пост из своей ленты "ВКонтакте", фактически перечитывая его и выстраивая вокруг него повествование. "Я думаю, что альбом изначально был больше для меня. Я часто задумываюсь о себе, анализирую свои мысли, и это самокопание стало привычкой. Поэтому альбом получился таким личным, большинство треков созданы для меня. Некоторые песни предназначены для постоянного прослушивания, а другие запечатлели определённые моменты или состояния", — рассказывает Даниил.

Дебютный альбом "Кинцуги" тоже строится вокруг текста: в центре саморефлексия и внутренний диалог. Его легко представить как "поход к психологу", где собеседником становится сам автор. Коротко творение "Кинцуги" я описал вот так — приморская поэзия, сотканная из мотивов российской глубинки, человеческих чувств и внутреннего самокопания. Рефлексия о душе с узнаваемыми референсами к стилю рэпера Хаски.

Название выбрано не случайно: пластинка посвящена терапии и принятию себя. Оно отсылает к японскому искусству реставрации керамики, когда трещины склеивают золотом, не скрывая их, а подчёркивая. Эту идею Даниил перенёс в перформанс: в центре Владивостока художники нарисовали его портрет, затем он разрезал его ножницами и "зашил" золотыми стежками. Именно этот образ лёг в основу обложки альбома — символически он "зашил" собственные трещины и превратил их в часть истории.

Лирический герой альбома ведёт диалог с самим собой, а в некоторых треках появляется хоррор-атмосфера. Здесь я и уловил связь с творчеством рэпера Дмитрия Кузнецова (Хаски). Даниил подтверждает, что частично его музыка могла стать референсом. "Сказать, что я не вдохновлялся Хаски, нельзя, но утверждать, что основывался только на нём, тоже невозможно. В своём плейлисте я слушаю ещё много других крутых поэтов. Образ, постановка персонажа и то, что Дима Хаски транслирует в своём творчестве, кажется похожим, но это только потому, что я чувствую тоже самое", — отмечает Даниил.

Кузнецов высказался и про рэп-культуру Владивостока. По словам Даниила, условно существуют два лагеря. Первый это "старички", которые продолжают делать рэп в духе нулевых. Кто-то из них со временем обновил звучание, "переоделся, причесался", Второй лагерь новички от 15 до 25 лет. Они либо пытаются повторять актуальные тренды, либо внимательно следят за сценой европейской части России и зарубежьем. 

Slow Sotnik — современная музыка о Владивостоке

Slow Sotnik (сценическое имя Никиты Бокора) стал известен многим в прошлом году после выхода совместного альбома с Danya Durasell "Hot! Springers". Пластинка стала довольно популярной в комьюнити музыкантов, сейчас у самого Slow Sotnik больше двух тысяч ежемесячных слушателей на Яндекс Музыке (16+).

Если говорить об альбоме, а именно, о чем релиз, то можно выразиться так — признание в любви Владивостоку. Например, можно увидеть много комплиментарных строк приморской столице: 

"Не путай патрики с нашими вайбами
Попутал парадные, с приморскими падиками
Йо москвич, смотри тут приусы"

Да и в целом на протяжении всего альбома прослеживается множество отсылок к городу — по сути, именно он становится его центральной темой. В альбоме поднимаются вполне приземлённые и знакомые темы, это повседневные проблемы обычных молодых парней, студентов из Владивостока: незакрытая кредитка, повестки из военкомата, сессия.

"И я не быстрыми ногами центр в круг обойду
Нафоканным на фокина раскину салют
Не знаю, они так смотрят, что? уже узнают?
Я за них рад, huh, я ведь их тоже люблю"

На первый план здесь выходят не понты и не демонстрация "красивой жизни", а, наоборот, опыт ребят, далёких от образа золотой молодёжи, которым несвойственно петь о "больших деньгах". "Со стороны обычных слушателей мы довольно часто получали искренний респект. Люди говорили, что удивлены: мол, слушаешь музыку своего знакомого или друга, а по ощущениям будто её сделал совершенно посторонний, профессиональный артист", — описывает альбом сам Никита.

С Даней Дюраселлом Никита познакомился в общей компании: среди артистов, актёров, музыкантов, диджеев и поэтов. Сначала просто присматривались друг к другу, наблюдали: кто как выглядит, кто что делает, обменивались какими-то наработками и демо. А потом Никита разглядел в Данииле что-то особенное и понял, что из этого дуэта может получиться что-то стоящее. В итоге Никита просто подошёл к нему и прямо сказал: "Я хочу записать с тобой альбом". Название для альбома придумал Даниил — большого смысла в нём искать не стоит: как признаётся Никита, оно просто "забавно" звучит. В обложке по словам Никиты они просто хотели "прикольнуться", и сделали ее намеренно смешной, однако я в ней увидел глубину

Уже при взгляде на обложку читается молодежный код города: в глаза сразу бросаются узнаваемые достопримечательности Владивостока — бар Laundry (18+), кафедральный собор, пятизвездочный отель Lotte. Все эти элементы формируют локальный, почти интимный городской ландшафт и одновременно противопоставляются образу безликой индустриализации мегаполисов, подчеркивая уникальность нашей столицы.

Сам альбом был написан в Москве, где музыканты прожили около двух месяцев. Однако позже Никита вернулся обратно, потому что столица ему не подошла, он говорит, что это не его город. Гораздо ближе ему Владивосток, его море, которое он считает главным символом города, и люди, которые его вдохновляют. 

С Никитой мы также обсудили и вопрос о том смогут ли местные артисты вырваться из "провинциального вакуума" и стать известными широкой аудитории, при этом оставаясь в регионе. 

По его словам, для этого не обязательно уезжать в Москву. Чтобы стать популярным, интернета уже хватает. Он уточняет, что Владивосток на самом деле не провинция: это большой и красивый город с интересными людьми. Он подчёркивает, что плохих городов не существует, есть только плохие люди в отдельных местах. Он уверен, что со временем необходимость ехать в Москву для становления успешным музыкантом отпадёт.

И, конечно, у владивостокского рэпа есть шанс на развитие. Ещё важнее то, что многие артисты стремятся подчеркнуть свою приморскую идентичность. Например, группа hehehe прямо указывает на афишах, что группа из Владивостока, и тем самым связывает свою музыку с родным городом. В целом местная инди-сцена уже добавила в звучание ощущение моря и лёгкий азиатский флёр, а в хип-хопе исполнители нередко посвящают Владивостоку настоящие дифирамбы. Возможно, в будущем появится и большой рэп-альбом, где город займёт центральное место, и тогда наша музыка снова будет услышана так же широко, как когда-то в нулевых.

Смотрите полную версию на сайте >>>