PrimaMedia, 18 апреля. Двадцатилетняя студентка Дальневосточного государственного институт искусств Софья Дегтярёва получила роль Офелии в новом "Гамлете" (12+) неожиданно: пришла на встречу с московским режиссёром, не зная, о чём пойдёт речь, а вышла с ролью в Шекспире. Да, Софья играет "вторым составом", роль Офелии исполняет еще и Ксения Голубева, но это, безусловно, достаточно редкий случай. Без опыта крупных ролей, без диплома — и сразу сцена академического театра, а рядом заслуженные артисты России и огромный зрительный зал.
Теперь она исполняет одну из ключевых ролей, параллельно продолжая учёбу и осваиваясь в профессиональной среде.
В интервью ИА PrimaMedia Софья Дегтярёва — о том, почему не смотрела ни одной постановки "Гамлета", как работала над ролью и с какими сложностями столкнулась на пути к сцене Приморского академического краевого драматического театра имени Максима Горького.
Софья Дегтярева на репетиции. Фото: Ксения Старовойтенко, ИА PrimaMedia
Справка. Софья Дегтярёва родилась 14 ноября 2005 года в г. Владивостоке. Обучается в Дальневосточном государственном институте искусств на театральном факультете. Мастер курса — народный артист РФ Владимир Сергияков. С 2025 г. работает в Приморском академическом краевом драматическом театре им. Максима Горького.
Роли:
Лизавета — "Пиковая дама" (16+), ДВГИИ, режиссёр Марк Букин, 2025 г.;
Офелия — "Гамлет" (12+), театр Горького, режиссёр Альберт Хасиев, 2026 г.;
участвует в массовых сценах спектаклей театра Горького: "Великий Гэтсби. Прощание" (16+), "Мастер и Маргарита" (12+), "Поминальная молитва" (12+), "Крейсера" (12+).
Часть 1. Быть или не быть Офелией
— Софья, до "Гамлета" зритель вас не знал — и вдруг сразу Офелия. Как для вас прошёл дебют на сцене академического театра?
— Это не совсем мой дебют, я уже выходила на сцену театра Горького в массовке. А такая крупная роль — да, первая. Слышала от актёров театра, что случаев, когда на главные роли брали студентов, было всего три. Я как раз третья. Это, конечно, очень вдохновляет. А ещё немного пугает. Но всё равно это огромная удача и возможность. Это подарок судьбы.
— Расскажите, как вы получили роль?
— Для меня всё случилось совершенно неожиданно. Я тогда уже работала в театре — участвовала в массовых сценах, плясала и пела. И тут мне пишет помощник режиссёра: "Соня, приехал режиссёр из Москвы, прибегай". Я пришла, мы с Альбертом Хасиевым (режиссёр спектакля "Гамлет" — ред.) поговорили, и он решил, что да, я ему подхожу. В тот момент я даже не знала, что речь идёт о "Гамлете", поэтому это было настоящим шоком.
Позже я узнала, что меня предложил режиссёру Ефим Семёнович Звеняцкий, художественный руководитель театра. Думаю, он хотел меня подсветить, хотел увидеть, какая я на сцене. Поэтому я очень благодарна ему за этот шанс.
Софья Дегтярева на репетиции. Фото: Ксения Старовойтенко, ИА PrimaMedia
— Как вы работали над ролью? Хватало ли вам жизненного опыта?
— Я старалась не тащить в роль свой жизненный опыт. Это работа, их нельзя пересекать. Но эмоцию — да, можно вспомнить. Была у тебя когда-то такая ситуация? Что ты тогда чувствовала? И вот это вложить в сцену.
Во время подготовки я не смотрела ни одного спектакля по "Гамлету". Специально. Потому что я знаю себя: могу скопировать. А мне хотелось найти себя.
В итоге Офелия оказалась неожиданно "моей". Я её очень хорошо чувствую. Она мне подходит на сто процентов. Например, сейчас я репетирую комедийную роль — и вот она мне даётся сложнее, а Офелия идёт сама.
Правда, была проблема со сценой разговора с Гамлетом, где он меня в монастырь отправляет: я никак не могла заплакать, когда нужно. Вообще, я не умею плакать на сцене. За все репетиции у меня получилось всего один раз. И тогда мне помог мой Гамлет, Влад (Владислав Яковлев — ред.). Я попросила его: пихни меня посильнее. И это сработало. Физическое действие, испуг — и меня пробило на слёзы.
А вообще наш педагог в институте всегда говорил: зрителю нравится, когда ты сдерживаешь слёзы, а не когда плачешь. Поверят только тогда, когда ты их сдерживаешь. И потом в этой сцене я перестала пытаться заплакать.
— Офелия сходит с ума. Что нужно сделать, чтобы войти в такое состояние? Кажется, это очень сложно сыграть.
— Я за кулисами просто смеюсь. Сижу и смеюсь, как дурочка. У меня большой перерыв перед этой сценой. И вот я сижу так, настраиваюсь.
Но вообще, я размышляла о том, как сходят с ума. Для себя-то человек всегда нормальный. Он не осознаёт, что сошёл с ума. Это окружающие видят, что с ним что-то не так. А для себя он абсолютно нормальный. Поэтому в принципе это несложно.
— В постановке большинство ролей закреплено за одним составом, но Офелию играют две актрисы — вы и Ксения Голубева. С чем это связано?
— Как я уже сказала, для меня это была возможность показать себя в работе. Но поскольку я студентка, полностью доверить мне роль было бы рискованно. Поэтому её сделали на два состава. Это объективно и правильно. Честно, если бы не Ксюша, я бы, наверное, не справилась. Она была для меня наставником. Я смотрела на неё, перенимала, училась.
У меня, например, были большие проблемы со сценой сумасшествия. В ней надо бегать и при этом красиво петь, а я петь в принципе не умею, я больше танцор. Я буквально задыхалась в этой сцене. Режиссёр постоянно говорил, что меня не слышно, что я глотаю слоги. И я понимала, в чём дело. В институте мы занимаемся в маленькой аудитории, там даже шёпот слышно. А тут огромный зал, а я где-то в глубине сцены. Кричу, а меня всё равно не слышно. У Ксении это всё получалось. А у меня нет. В итоге сцену сократили.
Софья Дегтярева на репетиции. Фото: Ксения Старовойтенко, ИА PrimaMedia
— Не ставили ли эти сложности под вопрос ваше участие в спектакле?
— Да, был период, когда я не выходила на репетиции. За месяц до премьеры режиссёр сосредоточился на работе с одним составом, чтобы отточить спектакль к выпуску. Для меня, конечно, это был сложный период. Я не понимала, что мне делать. Я ведь пожертвовала учёбой ради этой роли — и вдруг просто сижу в стороне. Тогда я решила подойти к режиссёру и спросить об этом прямо. Он объяснил так: сейчас его задача — выпустить спектакль качественно, с одним составом. И добавил: "Соня, ты не готова".
Я его услышала, поняла. Но внутри всё равно крутилась одна мысль: как я буду готова, если меня не выпускают на сцену? Где мне тогда брать этот опыт?
Об этом стало известно Ефиму Семёновичу, и он задался вопросом, почему так. То есть он не забыл про меня. И когда отыграли премьеры, меня вернули. Однажды утром в расписании появилась строчка: "Офелия — Дегтярева Софья". Ефим Семёнович сделал для меня отдельный прогон, присутствовал, смотрел, потом дал рекомендации — и так я снова вышла на сцену.
— А о чем вы думаете в эти моменты? Есть ритуал перед выходом на сцену?
— Я думаю о самом базовом, как выбежать, не споткнуться, не содрать с себя длинную юбку. А ритуал такой: я стучу три раза по полу сцены. Кто-то из актеров стучит один раз, кто-то вообще ничего не делает. А я всегда стучу. Даже не знаю, где я это взяла, но почему-то, это меня успокаивает.
Часть 2. Путь в профессию
Софья Дегтярева в роли Зины Коваленко в спектакле «Завтра была война», театральная студия «Контакт». Фото: из личного архива Софьи Дегтяревой
— Вернемся к началу, расскажите, как вы вообще пришли в профессию. С чего всё началось и каким был этот путь?
— А началось всё, когда мне было четырнадцать. Мы с мамой пошли в Театр молодёжи на "Чайку", и этот спектакль так меня потряс, что, выйдя из зала, я вдруг очень чётко поняла: всё, хочу быть актрисой. Мама не отговаривала. Она и сама всегда любила театр, а после моего прихода в профессию полюбила его ещё больше.
Хотя до этого моя жизнь складывалась совсем по-другому. Десять лет художественной гимнастики, серьёзные тренировки, и я была уверена, что стану тренером. Мама, кстати, видела меня лингвистом. Но тот поход в театр всё перевернул, так что тренерская карьера осталась моим планом Б.
Не обошлось без неожиданностей и во время поступления. Я очень хотела в ДВГИИ — для меня важно было остаться во Владивостоке, рядом с семьёй и друзьями. Но за две недели до вступительных выяснилось, что мне не хватает одного балла ЕГЭ до проходного.
Софья Дегтярева в учебной мастерской ДВГИИ. Фото: Ксения Старовойтенко, ИА PrimaMedia
Я была в истерике, не знала, что делать. В итоге стала названивать в Хабаровск (Хабаровский государственный институт культуры — ред.). Там сказали, что с моими баллами я могу поступить, и я поехала туда. Сдала вступительные, и в итоге на курс взяли шесть человек. Пять мальчиков и меня. Я тогда подумала — ну, значит судьба. Но уже через год перевелась во Владивосток, сразу на второй курс. Да, пришлось перейти с бюджета на платное отделение, но я ни разу об этом не пожалела. Мне здесь спокойно, я дома.
— Вероятно, вы слышали много забавных или драматичных историй о том, как проходят вступительные испытания в театральный вуз. А у вас есть такая история со вступительных?
— В Хабаровске у меня были полноценные вступительные, и это, конечно, отдельная история. Мы целый день ждали своей очереди в коридоре — я всё это время просидела на полу в платье, очень устала. И, да, нас ещё и пугали разными историями про экзамены, но к своему выходу я уже настолько вымоталась, что на страх просто не осталось сил, хотелось быстрее отстреляться. Я зашла, начала читать программу, и тут меня сразу стали перебивать. Я сразу поняла, что они проверяют, как я отреагирую, смогу ли импровизировать. Читаю басню, думаю: сейчас прочитаю так, что все обалдеют. А мне в ответ: "Ты старая вонючая собака, читай как она! Ты мышь! Ты крыса!" Ну, выкручивайся. Ты должен мгновенно перестроиться, не теряться, продолжать.
Потом попросили спеть. Я готовила "Катюшу", начала — и вдруг мне говорят ещё и танцевать под неё. И в этот момент уже не думаешь, как это выглядит, просто делаешь всё, что от тебя требуют. Одним словом, надо уметь выкручиваться.
Софья Дегтярева на съемках. Фото: из личного архива Софьи Дегтяревой
— Вы говорите, что перевелись, чтобы быть ближе к дому. Но перевод в ДВГИИ означал ещё и обучение в мастерской Владимира Сергиякова, народного артиста России. Это повлияло на ваше решение?
— Когда я поступала, мне, если честно, было всё равно, кто будет мастером. Главное было просто поступить и начать учиться. Но сейчас я очень рада, что в итоге попала именно к Владимиру Николаевичу. Он меня очень поддерживает, и от него прямо чувствуется такая отцовская поддержка. Владимир Николаевич всегда найдёт, за что похвалить, но при этом добавит какой-то нюанс, на который стоит обратить внимание. Мы его очень любим. Кстати, у него даже есть футболка с этой его фразой: "Всё так, всё так, но…"
Софья Дегтярева в учебной мастерской ДВГИИ. Фото: Ксения Старовойтенко, ИА PrimaMedia
Часть 3. "Ты теперь тоже наша"
— Рядом с вами на сцене театр Горького опытные актеры, в том числе заслуженные артисты России. Как вы себя чувствовали на первых репетициях? Что изменилось к премьере?
— На первую читку мне было очень страшно идти. Я пришла, начала читать пьесу, а у меня язык заплетается, сердце колотится, не могу нормально двух слов связать — только и думаю, как бы не выглядеть как-то не так. Но за два месяца репетиций мы со всеми перезнакомились, сейчас обнимаемся, целуемся. Отношения стали тёплыми, и нет такого, что я чувствую себя лишней. Наоборот, чувствуется поддержка.
Но вообще есть момент, когда я окончательно поняла, что стала "своей". У артистов в театре принято при встрече обнимать, целовать коллег — это такой тёплый ритуал. И вот недавно, уже после премьеры "Гамлета", на репетиции ко мне подходит Владимир Николаевич, смотрит и говорит: "Ну ладно, ты теперь тоже наша" — и обнимает. Так я стала "своей", так я стала частью театра.
— А кто-то из коллег уже стал для вас другом?
— Да, гримёрка 38! В моей гримёрке собрались девчонки, которые пришли в театр в этом году. Мы все молодые, всегда друг друга поддерживаем. Есть с кем поболтать, посмеяться. Так что да, у меня появились не только коллеги, но и друзья.
— Вы играете на одной сцене с Александром Запорожцем. Каково это —работать рядом с таким артистом?
— От Александра Ивановича веет невероятная энергетика, он какой-то особенный. В нашем "Гамлете" он играет Первого артиста, и мне даже рассказывали, что некоторые зрители к середине спектакля уставали, отвлекались, но, когда выходил Александр Иванович, все оживали — такая от него исходит энергия. Работать с ним в двадцать лет — это вау. Наблюдая за ним, я уже училась.
— Вы говорите, что учитесь у старших коллег. А если у вас с ними не совпадает видение, вы настаиваете на своём?
— У меня не было повода, чтобы что-то отстаивать. Я была со всем согласна. Вообще, я себя режиссёром не чувствую — я базовая марионетка, меня устраивает, когда мной управляют. Меня это никак не унижает.
Но когда опыта нет, поначалу, правда, страшно сказать что-то лишнее. На первых репетициях у меня было ощущение скованности, я даже думала, что, может быть, ещё не готова к этой роли. Когда ты совсем молодой, а вокруг актёры, которые на сцене десятилетиями, приходит простое понимание: сейчас моё дело — слушать, а не спорить. Поэтому на репетициях я просто впитывала всё, как губка. Ну кто я такая? Студентка, которая только-только переступила порог театра. И мне было важно не доказать, что я уже что-то умею, а понять, как это делают они.
Но при этом меня никто не ограничивал. Режиссёр всегда говорил: если есть предложения — озвучивай, будем пробовать. У актёра есть право быть соавтором, это нормально. Просто на этом этапе я для себя решила, что мне важнее слушать и учиться. Думаю, со временем, когда появится опыт, я смогу отстаивать своё видение, и меня будут слышать. Но для этого сначала нужно стать тем, кого стоит слушать.
— Как относитесь к тому, что от творческих людей ждут полного растворения в профессии? И как складываются ваши отношения с институтом теперь, когда вы работаете?
— Честно говоря, у меня такого нет. Театр для меня — это работа. Я люблю её, делаю от души, но не схожу по ней с ума. За пределами театра у меня есть своя жизнь. Это моя работа, которая приносит удовольствие, но она не заменяет собой всю жизнь.
С институтом сложнее. Изначально я шла в театр с условием, что учёба будет на первом месте. Со временем поняла: так не бывает. Либо то, либо другое. Сейчас я делаю упор на театр, потому что уже нахожусь там, где хотела бы быть в будущем. Поэтому я пропускаю очень много пар. Многие педагоги относятся к этому с пониманием, но не все. Но я сделала свой выбор.
— "Гамлет" в театре Горького — это смелая, современная постановка. Почему, на ваш взгляд, зрители так ждали "Гамлета"? Зачем сегодня нужен Шекспир?
— Во-первых, "Гамлета" ждали просто потому, что это Шекспир. У нас в городе нет ни одной постановки Шекспира, поэтому это уже событие. Во-вторых, и потому, что это московская постановка: режиссёр, хореограф, художник по костюмам — из Москвы. Людям интересно увидеть уровень. Я бы сама на месте зрителя пошла.
Мне кажется, Шекспир нужен просто потому, что его тексты о том, что не меняется. Измены, ложь, предательство, любовь, которая ломает, — всё это было четыреста лет назад и есть сейчас. Мы ходим в театр не за новостями, а за тем, чтобы увидеть себя. Шекспир эту возможность даёт. Человек Шекспира — это человек сегодняшний. С теми же страстями, с теми же ошибками. Но есть и обратная сторона. Текст Шекспира сложный, он требует вдумчивого зрителя. Не все готовы погружаться. И это нормально.
Текст: Ксения Старовойтенко
