PrimaMedia, 18 мая. Весна постепенно уступает место лету, а вместе с теплом в город приходят не только долгожданные выезды на природу и купальный сезон, но и целый шлейф сезонных угроз — от пожаров до происшествий на воде. О том, как не превратить отдых в трагедию и почему безопасность начинается задолго до звонка в "112", корреспондент ИА PrimaMedia Наталия Соколовская поговорила с вице-мэром Владивостока Дмитрием Свитайло. Он не просто представитель власти, а спасатель с многолетним опытом, который привык оценивать риски без прикрас. В разговоре выяснилось, какие опасности выходят на первый план именно сейчас, чем на самом деле занимаются народные дружинники и зачем каждому дому — от квартиры в высотке до дачного участка — датчик дыма, огнетушитель и капюшон для эвакуации.
— Вы занимаетесь вопросами безопасности. Какая сфера требует более пристального внимания и больших ресурсов именно сейчас?
— Если говорить о безопасности на территории Владивостока, то это безопасность и жителей, и гостей города. Расставить здесь жёсткие приоритеты трудно — безопасность едина. Деление на сегменты чаще всего продиктовано сезонными рисками. Зимой, например, максимум внимания мы уделяем выходу на лёд. Администрация города издаёт постановление, которое определяет период, когда выход на лёд категорически запрещён — это время становления льда. Затем наступает период, когда выход формально разрешён, но мы всё равно не рекомендуем этого делать, потому что считаем лёд потенциально опасным в любое время. Службы регулярно замеряют толщину, мы понимаем, что она может позволять находиться на льду, но выезд на лёд запрещён всегда. Мы проводим рейды, постоянно информируем людей: даже когда прямого запрета нет, нужно учитывать погоду, ветер, вероятность взлома льда. Наша общая рекомендация для ледового поля проста: если есть возможность не идти — не идите. Если же вы заядлый рыбак и жить без этого не можете, то идите обязательно с товарищем, берите с собой верёвку или трос с утяжелением, чтобы в случае беды бросить другу. Держитесь на расстоянии друг от друга, не заходите туда, где лёд серый и визуально может провалиться. И самое главное — чтобы в семьях всерьёз беспокоились о безопасности родственников, которые выходят на лёд.
Зимний период мы прошли, сегодня льда нет, но появляются новые факторы. Весной это природные пожары, которых случается много. Природные и техногенные пожары всегда несут угрозу жизни, имуществу и экологии. Другой тяжёлый весенний и предлетний риск — утопление людей. К сожалению, происходят трагические случаи с аквалангистами: люди погружаются для изучения дна, но из-за нарушений или неисправности оборудования попадают в беду. Уже сейчас мы фиксируем выходы на сапах, а сап — это не только приятное времяпрепровождение, но и большие риски. Если не знаешь береговую полосу, не учитываешь ветровую нагрузку, можно легко стать жертвой непопутного ветра, который унесёт далеко от берега. Если при этом нет сотовой связи и с берега никто не заметил, как ты удаляешься, шансов на спасение почти не остаётся. Поэтому сейчас очень важно напомнить: отдых на воде, будь то сап или маломерные суда, — это замечательно, но всегда надо помнить об опасностях агрессивной водной среды. Обязательно имейте с собой исправную связь. Сообщать о происшествии можно по номеру 112 — он примет вызов и направит нужные службы, либо в ЕДДС Владивостока по номеру 222-23-33, которая выполняет те же функции и оперативно передаст информацию спасателям. В критической ситуации можно звонить любому оператору, даже близкому человеку, который продублирует сообщение в службу спасения.
Осторожно, зима! Дмитрий Свитайло — о главных опасностях для жителей Владивостока в холода Заместитель главы города объяснил универсальные правила для тех, кто выходит на лёд, топит печь и украшает дом гирляндами
Но самое важное — максимально правильно сообщить о своём местоположении. Это касается не только выхода в море, но и леса. Уже есть несколько случаев, когда люди ушли гулять в лес и заблудились, а погода ещё прохладная, можно получить серьёзное переохлаждение. Всегда проговаривайте заранее, где именно собираетесь выходить в море или заходить в лес. Например, "выхожу в море в районе Первой Речки" — тогда искать будут на удалении от этой точки. Человек может не знать точных координат, но способен сказать: "Зашёл на Первой Речке, 20 минут двигался в таком-то направлении, у меня такая-то ситуация" — и мы спрогнозируем его местонахождение. То же самое с лесом: "Зашёл в лес в районе Седанкинского водохранилища, обходил его справа, полчаса шёл, заблудился" — это сужает район поиска. Без таких ориентировок поиски затягиваются, а это грозит тяжёлыми последствиями.
Что касается воды, у нас в прошлом году были очень тяжёлые случаи, когда люди самоуверенно на сапе вышли в плохую погоду прямо в черте города. Парень с девушкой погибли. Они кому-то отписались, но никто не обратил внимания, никто не принял сообщения о том, что они тонут. Всё произошло внезапно. Они выбрали маршрут, который не всегда по силам судам с двигателями, и пошли вдвоём на сапе. Человек может быть сильным и спортивным, но всегда нужно делать поправку на непредвиденные обстоятельства, которые способны резко осложнить движение или сделать его невозможным. Мы сейчас заходим в морской сезон, и я прошу максимально бдительно подходить к выбору дня и места. Смотрите погоду, отслеживайте ветер, обязательно ставьте в известность близких. Лучше выходить не одному, а компанией на нескольких сапах, чтобы в случае чего можно было провести первые меры по спасению коллективно. Пользуйтесь жилетами — пусть это и не всегда удобно, но они точно поддержат вас на воде. В холодное время, когда купальный сезон ещё не наступил, используйте костюмы, в которых можно находиться в воде без переохлаждения. Телефоны кладите в чехлы, которые не пропускают воду и позволяют оставаться на связи.
К сожалению, даже прошедшая зима не обошлась без трагедий. Мужчина поехал на велосипеде по ещё не сформировавшемуся льду — погиб. Другой случай в конце сезона: выход на лёд был уже запрещён, лёд визуально совсем плохой, но шла селёдка, люди шли, и человек погиб на ледовом поле.
Теперь о риске, который я бы особенно хотел осветить. От него слёзы наворачиваются — в самом прямом смысле. Пришло солнце, тепло, мы открываем окна. Окна — это москитные сетки. Наша общая ключевая задача сейчас — достучаться до каждого родителя. Если в доме ребёнок, окна должны либо закрываться так, чтобы он не мог их самостоятельно открыть, либо должны стоять специальные устройства, которые не дают вывалиться. Падение происходит за секунду, а дальше начинается бесконечность — жизнь, граничащая с безумием. И здесь неважно, какой этаж, — с первого тоже можно упасть так, что последствия останутся на всю жизнь. Остановитесь, подумайте. Если в доме ребёнок, окно должно быть для него недоступно.
Ещё один важный момент — дорога. Переходить пешеходный переход на велосипеде нельзя, столько детей уже сбивали. И на зелёный сигнал светофора нельзя идти как заколдованный — тоже сбивают. Остановись и всё равно убедись, что тебя пропускают. Главное — не сигнал, а то, что водитель уступает. Этому нужно учить.
И ещё про мопеды и самокаты. Сегодня ими занимаются всё серьёзнее, но пока это трудноуправляемая субстанция. Я в Санкт-Петербурге вёл ребёнка за руку — из-за угла вылетает парень на самокате. Увидел меня, ушёл влево, поцарапался весь. Поэтому детей надо учить: будьте вдвойне внимательны.
Сейчас, говорят, готовят систему штрафов от прокатных компаний — с камер, с привязкой к месту и времени. В договоре проката, который мало кто читает, уже есть санкции: за езду вдвоём, за переход без спешивания — штрафы в 20, 30, 40 тысяч. Хорошая история, может, хоть это отрезвит.
Но всё опасно, прямо всё. Выбрать самое опасное, наверное, невозможно. Всё зависит от нашей внутренней философии. Если мы готовы к вызовам и что-то для этого делаем — а в первую очередь мы просто оцениваем риски и очерчиваем круг опасностей, — становится немного легче. Конечно, всегда найдётся индивидуум, который выкинет что-то совершенно непредвиденное, и именно с тобой это произойдёт. Но это не повод сдаваться.
— С наступлением тепла риски пожаров традиционно растут. Какие самые частые причины возгораний в городе и на природе? Каким образом администрация города пытается повлиять на устранение этих причин?
— Самые частые и в то же время нелепые причины — те, когда человек понимает, что последствия могут быть тяжёлыми, но относится пренебрежительно, считает, что легко справится. Это сжигание мусора, листвы или травы прямо на участках, рядом со строениями. Или детская шалость: подожгли траву, а пламя в секунды охватывает такие площади, что потушить уже невозможно. В лесном массиве основная беда — выход на шашлыки. Либо огонь распространяется прямо во время отдыха, либо люди уходят, не затушив костёр, и дальше начинается неуправляемое горение леса.
Если говорить о помещениях, то в нежилых чаще всего виноваты скачки напряжения, приводящие к коротким замыканиям. Здесь можно и нужно обезопасить себя установкой стабилизаторов напряжения, которые предотвращают сбои в работе техники и само короткое замыкание. В жилье у нас традиционно — нарушение правил безопасности: курение в постели, использование неисправных электроприборов. Я бы выделил электропроводку как основной источник: невыключенный прибор или проводка, которая не выдерживает перегрузки. Детская шалость в доме тоже приводит к крайне тяжёлым последствиям. В этом году мы пережили настоящую трагедию — погибли дети.
Нет ничего ценнее человеческой жизни. Порой нужно просто остановиться на минуту и задуматься: чем я могу обеспечить безопасность близких прямо сейчас? Я сам установил у себя дома автономные дымовые пожарные извещатели — те самые датчики дыма. Стоят они 300-400 рублей, работают автономно, не требуют обслуживания. Устанавливаются на потолок или стену, не ниже 10-15 сантиметров от потолка, и при появлении дыма издают сильный тревожный звук, способный разбудить и оповестить о самом начале возгорания. А если это только начало, всегда есть возможность либо локализовать и потушить огонь своими силами, либо как минимум вовремя покинуть квартиру вместе с близкими. Главная проблема в том, что ночью мы спим, не чувствуем запах дыма и погибаем во сне. Датчик решает эту проблему: вы проснётесь и примете меры. Точно проснутся и соседи — услышав резкий звук из вашей квартиры, они увидят дым и вызовут пожарных, даже если вас нет дома. По сути, за 300-400 рублей вы получаете дополнительную уверенность, что будете своевременно предупреждены об опасности, и это здорово минимизирует риски. Это гарантия того, что вы сохраните и жильё, и жизнь. Поэтому верный путь — не пустить беду в квартиру и установить такие датчики.
Но никакие датчики сами пожары не тушат, здесь всё упирается в человеческий фактор. Надо просто остановиться и подумать, что можно сделать в своей квартире, чтобы беда не пришла. Не перегружайте розетки. У нас общая беда — в одну розетку втыкают три-четыре прибора по полтора, по два с половиной, по три киловатта потребляемой мощности, хотя сама розетка рассчитана на полтора. Какое-то время она продержится, но довольно скоро начнёт плавиться и подгорать внутри, случится короткое замыкание и пожар.
Ещё один момент: нельзя оставлять детей без присмотра. С ними нужно проводить разговоры о том, как действовать, если сработал датчик. Ребёнок должен знать: услышал звук — сразу уходи из квартиры, не боясь, что родители наругают, не пытаясь ничего потушить. Детям точно не надо ничего тушить, им надо быстро взять младших и выйти.
Теперь о том, что может сделать администрация, чтобы уменьшить число таких происшествий. Когда на территории Владивостока резко растёт количество природных пожаров, отсутствуют осадки, много возгораний в лесном фонде и рядом с жильём, муниципалитет имеет право ввести особый противопожарный режим. Вводится он при достаточных основаниях, но напрямую влияет на возможность людей посещать лес — в такой период заходить в лес запрещено, потому что любая хозяйственная деятельность человека, те же шашлыки, способна спровоцировать рост пожаров, ущерб и даже гибель людей. Независимо от того, введён ли режим, администрация Владивостока проводит рейды по городским лесам: административные комиссии совместно с МЧС и полицией выявляют очаги возгораний на ранних стадиях, что позволяет ликвидировать их на малых площадях, и выявляют нарушителей. За нарушение правил пожарной безопасности в лесу предусмотрены штрафы, а в период особого противопожарного режима они возрастают в разы и могут составлять от 100 тысяч до 1 млн рублей — в зависимости от ущерба и от того, кто именно допустил нарушение.
Огонь на пол-острова Попова: напряжённая обстановка с пожарами сохраняется в лесах Приморья За сутки регионе зафиксировано 16 природных пожаров
— Часто телефоны на ночь оставляют заряжаться прямо на кровати. Это может привести к пожару?
— Об этом я всегда стараюсь говорить. Телефон нужно заряжать только на твёрдой, желательно негорючей поверхности. Это очень важное правило. Телефон нагревается, иногда так сильно, что загорается. Я неоднократно видел, как из-за этого гибли люди или теряли имущество. Это настоящая проблема. У меня дома есть железный поднос, на котором я заряжаю телефоны. Не скажу, что это абсолютно безопасно, но я делаю это рядом с собой, у меня в комнате датчик дыма, и я чутко сплю, не пью — то есть всегда настороже. Но так не у всех. У меня перед глазами случай: сгорел дом, погибли две женщины. Приезжаю, мужчина ходит по пожарищу. Спрашиваю: "Ваш дом?". Он отвечает: "Да, жена с подружкой погибли". Я говорю: "Что думаете о причине?". Он говорит: "Да телефон. Говорил ей сто раз: не клади на кресло". Я и сыну своему сказал: "Ещё раз увижу телефон не там — выкину". Принцип дороже: если что-то случится, мы все ляжем. Глупость — самая дорогая штука в жизни.
— Правда ли, что не стоит покупать квартиры на высоких этажах, ведь пожарные лестницы до них могут не дотянуться?
— Слушайте, у нас во Владивостоке пожарная лестница в лучшем случае дотягивается до 16 этажа, если повезёт с площадкой и работает 50-метровый подъёмник. Это правда. Но пожарная лестница — вовсе не единственный залог спасения. Важнее, насколько вовремя обнаружили возгорание и насколько надёжны пути эвакуации, незадымляемые лестницы. Когда я захожу в гостиницу или любое большое помещение, первым делом смотрю в окно, потом выхожу в коридор, нахожу указатели, иду к пожарному выходу. Ночью ты будешь чумной, растерянный, но в голове должно отложиться: направо 20 метров — выход. Человек должен всегда прогнозировать, заходя в незнакомое пространство.
У нас всё работает на прогноз. Если ты мысленно проиграл негативную ситуацию, мозг будет искать пути выхода. Что касается высоких этажей, я не знаю статистики — гибнут ли там чаще или реже, чем на низких. Наверное, одинаково. Если кто-то по нерадивости обшил дом горючим материалом, как было с пожаром на 1-ой Морской, где загорелось от окурка, — это беда. Вспыхнет на первом этаже, и весь дом зажжётся, непонятно куда бежать, погибнет много людей.
Теперь о лестнице. Опытный руководитель тушения понимает: людей не обязательно тащить вниз на землю, иногда достаточно перевести их на соседний балкон, где нет критической ситуации. Так мы сокращаем "колено" и спасаем больше жизней.
У людей есть самоспасатели. Когда-то их активно устанавливали — неплохая вещь, если исправна. Но главная рекомендация для живущих высоко — купите капюшон. Он надевается и позволяет около 15 минут спокойно спускаться в задымлённой среде. Ни в коем случае не идите через задымлённый коридор в надежде набрать дыхание. Я пробовал в ванной — у меня минута максимум. Побежал, споткнулся, сделал один вдох дыма — и всё: закашлялся, спазм, гемоглобин связался с угарным газом, кислород перестал поступать к мозгу. Первая же порция — и ты упал, это секунды. Если ребята, проверяющие этажи, вовремя не нашли и не вытащили — конец. Не добежишь, даже с третьего этажа я бы не пытался. Никакая мокрая тряпка не спасёт — вдохнёшь всё равно тот же дым, получишь спазм.
Так что этажность не главное. Главное — подготовка. У меня дома стоит дыхательный аппарат, просто потому что я так устроен. Баллон, загубник — есть воздух, дым не дым, пролезу весь дом. Но я насмотрелся в жизни столько, что мне легче, когда он под рукой. Самое критичное — ночь. Днём я в горящий дом просто не полезу, а ночью там дети по комнатам, и если я пойду без ничего — погибну рядом с ними. А так есть шанс. Есть и лестница, которая выбрасывается в окно, — тоже так себе история, но шанс. Поэтому каждый должен продумать, насколько ему важно бороться за жизнь свою и семьи. Для меня важно.
Купить капюшон — это небольшие деньги. Купить огнетушитель — тоже, а пользоваться им просто. Небольшой пожар огнетушителем легко ликвидировать. Только детей надо научить: они тушить не должны. Научите детей: случилось что — сразу на выход. Плевать на всё остальное. Надел капюшон, знаешь где лежит, понимаешь, как работает — пошёл.
— Сколько разрешённых пляжей откроется в этом сезоне и каковы критерии признания пляжа подходящим для отдыха и купания? Они как-то меняются? Как будут оснащены пляжи?
— Владивосток — это город, окружённый водой, но сама береговая линия очень разная: разная ведомственная принадлежность участков, разная готовность территорий к отдыху. При этом благоустроенных, окультуренных мест у воды становится больше. Администрация выделяет на это значительные средства, прикладывает серьёзные силы, чтобы у людей была возможность отдыхать у моря, а при наличии условий и разрешений — купаться.
Многие спрашивают: почему непосредственно пляжей так мало? Дело в том, что пляж — это не просто кусочек берега, где можно зайти в воду, окунуться и обсушиться. Пляж — это территория, которую специальная комиссия обследовала и официально признала безопасной. Это целый комплекс требований. Должно быть очищенное, проверенное дно, благоустроенная зона у воды, сам пляж с разбивкой по зонам безопасности: для детей, которые не умеют плавать, и для взрослых — обе зоны должны быть огорожены буйками. Обязательны пост спасателей, медпункт, душевые и туалетные комнаты. И самое главное, с чем мы сегодня не можем быстро изменить ситуацию к лучшему, — это качество и безопасность состава воды.
Сейчас как раз начинают работать межведомственные комиссии. Они пройдут по территориям, заявленным в качестве планируемых пляжей, а какое решение вынесут — зависит от того, в каком состоянии эти территории находятся, какие замечания будут выявлены и какие из них собственники или арендаторы смогут устранить к началу купального сезона. Даты начала и окончания купального сезона определяются постановлением администрации города, и здесь мы ориентируемся на долгосрочный прогноз гидрометеослужб. Поэтому пока точных дат и окончательного перечня пляжей нет.
Традиционно в прошлом и позапрошлом годах точно работал пляж на Ахлёстышева. Это хорошая территория, где можно полноценно отдохнуть, хотя и там есть свои нюансы. Связаны они как раз с тем, о чём мы говорили в начале беседы, — с выходом на сапах. Там организован прокат, люди с удовольствием берут сапы, но как только выходят чуть дальше береговой полосы, за пределы бухты, начинаются свободные ветра, которые легко подхватывают и уносят. На этом пляже у нас выставлены спасатели с маломерным судном, что позволяет своевременно замечать такие ситуации, приходить на помощь и возвращать людей на берег.
— Как в этом году будет вестись борьба с купанием в неположенных местах?
— В прошлом году, да и ранее, мы начали проводить рейды по пляжам и территориям отдыха у воды. Их главная цель — вовсе не наказание. Мы приходим, чтобы обратить внимание отдыхающих: даже в такой расслабленной обстановке нельзя терять бдительность. Особенно если вы пришли с детьми. Нельзя отключаться, забыв обо всём, — с детей нельзя спускать глаз. Именно дети в первую очередь подвержены опасности: неожиданно побежал в воду, не умеет плавать, захлебнулся. Поэтому они требуют особого внимания.
Я и сам многодетный отец, поэтому на рейдах делюсь с людьми своим пониманием, без крика и желания испортить отдых. Подхожу и говорю: "Очень здорово, что ваш ребёнок гуляет по колено в воде, но вы находитесь метрах в 20 от него. Вы считаете, это безопасно?". Мне отвечают: "Я успею". А я объясняю: здесь бывают волны, которые приходят из ниоткуда — одна, две — и уходят в никуда. Если в этот момент вы отвернулись, то, повернувшись, ребёнка уже не увидите. И не поймёте, где искать, потому что не видели, как его смыло. Поиски потребуют от всех отдыхающих взяться за руки и идти в воду на всю возможную глубину. Это страшно. Тот, кто с этим не сталкивался, не понимает, что такое искать ребёнка в воде. Скорее всего — уже погибшего. После такого разговора люди смотрят на ситуацию иначе. Говорят: "Слушай, а ведь правда".
Мне хочется, чтобы как можно больше людей осознали эту проблему. На пляже не бывает чужих детей. Я прихожу без детей, но, если вижу рядом малышей, всё равно за ними присматриваю. Просто не могу по-другому. И хочу, чтобы другие делали так же. Пусть не всё время, но краем глаза следили за детьми. Лишних глаз здесь не бывает.
И не надо стесняться делать замечания. Если рядом мамочка пьёт пиво, а её ребёнок купается сам, — не стесняйтесь. Вы не делаете ничего постыдного. Возможно, в этот раз или в другой вы спасёте чью-то жизнь.
Именно с таким настроем мы и проходим. К рейдам подключаются административная комиссия Владивостока, прокуратура, краевое министерство ГО и ЧС, МЧС. Сейчас очень заметную роль стали играть добровольные народные дружины и просто волонтёры. Все вместе мы разговариваем с людьми, делаем замечания. Это в первую очередь профилактика, а не карательное мероприятие. В прошлом году такая работа была организована достаточно хорошо. Уверен, в этом году мы её продолжим.
— Хватит ли спасателей на разрешённых пляжах?
— Город стоит на море, и мы не можем на каждый пенёк поставить спасателя — ни сил, ни средств на это нет. Даже если бы мы каким-то чудом получили 100 или 200 млн рублей, людей на такое количество постов мы просто не найдём, нет у нас такого трудового потенциала. Но мы прекрасно понимаем, на каких территориях люди отдыхают чаще всего и где, даже в нарушение знаков и запретов, всё равно заходят в воду. Морской город, вода рядом — с этим трудно бороться. Поэтому мы спланировали расстановку сил и средств наших спасателей, плюс дополнительно нанимаем матросов-спасателей — людей, прошедших обучение, но не являющихся муниципальными служащими. Со специальным оборудованием они будут дежурить в самых популярных точках. Сейчас прорабатываем пляж Шамора — там вышки уже обустроены, нужно наполнить их людьми, чтобы дежурство было постоянным. В работе также пляжи Седанка, Чайка, Канал, запланирован пляж на Ахлёстышева.
Но никакие силы не гарантируют человеку безопасность на воде, если он сам ничего не делает, чтобы сохранить свою жизнь. Здесь, как и во всём, не должно быть равнодушных. Если вы пришли на берег, видите знак "Купание запрещено" и вообще не понимаете это место — не лезьте в воду. Там может быть опасный металлолом, который кто-то когда-то вытащил на лёд, а потом с таянием льда он ушёл под воду. Его не видно, но он есть и представляет угрозу. Дно не обследовано. Поэтому точно не купайтесь там, где вы не знаете дна, и уж тем более не пускайте туда детей.
С детьми нужно проговаривать эти вещи заранее. Чуть потеплеет — они начнут самостоятельно выходить на берег и купаться. Мы отслеживаем их появление в местах массового отдыха, но ребята, конечно, будут стараться уйти туда, где мы не появляемся и не доходим. А это ещё страшнее. Поэтому мы стараемся не переступать тонкую грань: не отпугнуть детей от официальных пляжей, а на этих пляжах научить их правильно себя вести. И конечно, очень важно, чтобы родитель понимал, чем занят его ребёнок, пока взрослые на работе. Это целый комплекс, в двух словах не расскажешь, но суть именно в этом.
Плюс ко всему есть категория самых маленьких — дети до пяти лет. Они должны купаться только в специальных устройствах: надувных нарукавниках или жилетиках. Даже если вы стоите рядом, ребёнок всё равно должен быть в них. Мы уже говорили: неожиданная волна может сбить вас с ног, вы выпустили ребёнка из рук — поднимаетесь, а его уже нет. И вы не понимаете, где искать. Искать ребёнка в воде — это тяжелейшая задача.
— Каковы основные причины трагедий на воде?
— Знаете, основные причины трагедий на воде — это купание в ночное время и в нетрезвом состоянии. Мы совместно с управлением общественной безопасности и коллегами из администрации провели не одно совещание, проанализировали ситуацию и поняли важную вещь: к нам практически не поступает обращений "Человек тонет" в классическом смысле. Обычно сигнал о том, что человек терпит бедствие, связан с плавсредствами — чаще всего с сапами: вышел чуть дальше береговой линии, ветром понесло. Мы это видим, понимаем, направляем силы и спасаем. А вот реальные утопления, которые, к сожалению, случились у нас в прошлом году, происходят иначе. У нас нет фактических данных о самом моменте. Человек заходит в воду вечером или ночью, в нетрезвом состоянии, захлёбывается волной и просто молча тонет — этого никто не видит. Мы сталкиваемся уже с последствиями: либо человек пропал, либо тело прибило к берегу.
Мужчина утонул в бухте Воевода на Русском острове Обстоятельства трагедии выясняются
— Сколько сегодня в городе действующих народных дружинников? И каков портрет современного дружинника: кто эти люди? Что входит в их обязанности?
— Я делю эту историю на две части. Первая — это то, что народные дружины существовали и раньше: люди регистрировались, но часть из них так и не понесла той социальной нагрузки, ради которой всё затевалось. Когда я пришёл в администрацию, численность дружин и дружинников по документам была одна, а на деле встретиться удалось буквально с двумя. У остальных работа не складывалась — ни на местах, ни вокруг штаба, которым выступает администрация города. А ведь именно администрация Владивостока является координирующим органом для народных дружин. Да, дружины взаимодействуют прежде всего с полицией и силовым блоком, но координация всей этой деятельности на территории города происходит в штабе, председателем которого я являюсь. Поэтому мы переформатировали систему: убрали тех, кто не работал, и пригласили тех, кто действительно готов работать. Сегодня у нас шесть действующих дружин, ещё две-три находятся в процессе организации и проходят согласование реестра — то есть желающие создавать и участвовать в добровольных народных дружинах есть. В общей сложности это порядка 130 человек.
Кто эти люди? Это те, кто понял для себя главное: само собой в жизни ничего не происходит. Я хочу жить в безопасном городе, хочу, чтобы мои дети спокойно ходили в школу и на кружки, и я не боялся за них. Хочу, чтобы мой город был городом безопасности. По волшебству так не бывает — это случается, когда основная часть жителей настраивает себя на то, что безопасность — это мы.
В первую очередь дружинник — это неравнодушный человек, который однажды решил: вместо того чтобы лежать вечером на диване, я выйду на улицу и сделаю город чуть безопаснее. Я — на чуть-чуть, другой — на чуть-чуть, а вместе мы делаем его значительно безопаснее.
Это не только мужчины, как почему-то принято считать. Это и мужчины, и женщины, и девушки, порой настолько крепкие и целеустремлённые, что ещё и фору любому мужчине дадут. Они не просто выходят патрулировать улицы — они несут культуру безопасности. И, наверное, главная наша цель не сводится к помощи наряду полиции. Мы хотим на своём примере доказать: каждый человек может и должен участвовать в безопасности, и донести эту мысль до как можно большего числа людей. Чтобы вместо комментариев в интернете "У нас тут плохо" человек спросил себя: "А что я сделал, чтобы было хорошо?". И дружинники показывают своим примером: "У нас тоже было плохо". Возьмём добровольную народную дружину "Спутник". У них озеро, рыбалка — территория была неспокойная, выпивали, что-то ломали. Ребята организовались в дружину, вместе с ними работает полиция, участковые выходят на патрули. Они отслеживают порядок и создали на этой территории, условно говоря, безопасную зону, спасают имущество, которое сами своими руками создавали.
Если говорить о задачах, то минимум — это обеспечить безопасность на конкретной локальной территории: свой двор, ТОС, площадка, которую вы выиграли по гранту, а её ломают через день. А создайте дружину, выходите патрулировать хотя бы свой участок — и никто ничего не сломает, потому что площадка под надзором. Вы всех знаете, у вас прямые контакты с полицией, вы звоните не на 02, а своему участковому, и он тут же реагирует. Это большая работа, но она ведётся. Задача более глобальная — когда добровольная народная дружина работает в целом на территории города, участвует в мероприятиях с массовым пребыванием людей. Посмотрите, какую огромную помощь они оказывают: Крестный ход, День Победы — сколько ребят стояли в оцеплении, сколько обеспечивали безопасность вместе с силовиками.
Насчёт бесплатности: да, по общему правилу это нефинансируемая деятельность. Но сегодня по поручению главы администрация города проходит согласование проекта по оказанию финансовой поддержки добровольным народным дружинникам. На мой взгляд, такая инициатива абсолютно обоснована и должна стимулироваться. Поэтому работу с дружинами мы будем продолжать. Штаб по координации действует, мы стараемся предоставлять дружинникам возможность бесплатно заниматься в спортивных залах, сейчас предоставляем помещения для штабов. В целом мы считаем, что это направление общественных организаций очень нужно нашему городу.
Шесть добровольных народных дружин сформировано во Владивостоке 130 активистов уже помогают полиции
— Горожане, которые любят вспоминать о своих налогах, считают, что дружины — это неправильно, безопасностью должны заниматься люди, которым за это платят. Кроме того, это должны быть профессионалы своего дела. А вы как считаете?
— Безопасность — она ведь, как и разруха, в голове. Да, безусловно, существуют люди, которые получают зарплату из наших налогов, — это полиция. И полиция в большинстве своём приезжает уже по факту совершившихся правонарушений. Да, она патрулирует улицы и этим предотвращает многие преступления, это правда. Но если мы, горожане, внутренне настроены на безопасность, если мы все вместе что-то для неё делаем, она у нас будет. А если сегодня сложить руки и просто смотреть, как полиция — которая, к сожалению, испытывает сейчас огромный кадровый голод — самостоятельно решает проблемы общества, мы, конечно, дождёмся положительных решений. Вопрос только в сроках и цене. Не проще ли заниматься безопасностью всем вместе — каждому в той мере, в какой он способен? Не все могут вступить в добровольную народную дружину и выходить вечером патрулировать улицы, и не все должны. Но те, у кого есть такая возможность, должны обратить на это внимание. Это хорошая, правильная социальная нагрузка, которую каждый человек, в принципе, должен на себя брать. Если ты не сидишь с детьми, если у тебя есть возможность вечером заниматься этим — этим надо заниматься.
— Планируется ли создание специализированных дружин, например, кибердружины для борьбы с онлайн-мошенничеством?
— Это направление очень тесно переплетается с процессуальными действиями. Мы, в том числе силами добровольных народных дружин, активно ведём просветительскую работу — через управление содержания жилого фонда, через управляющие компании, через самих дружинников, которые становятся распространителями правильного, безопасного поведения. Но предметно заниматься кибермошенниками — это всё-таки прерогатива правоохранительных органов. Во-первых, там есть процессуальная составляющая, которую крайне важно соблюдать. Во-вторых, финал у этой работы — правовые последствия: доказательство вины, привлечение к ответственности и наказание, а это уже зона ответственности государственных органов. Поэтому ровно в просветительской части мы активно используем возможности добровольцев — например, для своевременного информирования. Появляется новая схема обмана — дружинники как люди, погружённые в бурную жизнь, просматривают интернет-ресурсы и могут обнаружить то, о чём мы и даже полиция ещё не знаем. Мы эту информацию собираем, обобщаем и передаём тем, кто занимается этим профессионально.
