PrimaMedia, 12 августа. Владимир Касютин — главный редактор журнала «Журналистика и медиарынок» (16+), лауреат премии «Золотое перо России», кандидат филологических наук, участник многих Медиасаммитов, где проводит семинары для печатных СМИ. Но не все коллеги знали, что он потомок великого командора — Витуса Беринга, мореплавателя, исследователя дальневосточных земель, отправленного самим Петром Первым обозначить новые границы России на востоке страны. Да, он потомок Беринга в девятом поколении, что подтверждено родословными документами. Поэтому в 2025 году на саммит в Петропавловск-Камчатский летел с особым волнением — ведь этот город практически основал его знаменитый прапрапра…дед, и все здесь пронизано его именем и духом истории.
Сегодня, 12 августа — день рождения великого командора.
Витус Беринг. Фото: из открытых источников
— Владимир Леонидович, как давно вы знаете, что вы потомок Витуса Беринга?
— С детства. Фамилия прабабушки была фон Беринг. Моя бабушка даже предлагала, чтобы я поменял фамилию на Беринг. Но я представил, как к этому отнесутся одноклассники в сельской школе, и категорически отказался.
— Вы интересовались историей семьи — читали книги, статьи?
— Да, но популярной литературы мало было по этой теме в доинтернетную эпоху. В детстве смотрел по совету бабушки очень неплохой художественный фильм «Баллада о Беринге и его друзьях» (12+), 1970-года.
— А вам передалась по наследству тяга к путешествиям?
— Детство мое проходило в Воронежской области, затем, когда был в 7-м классе, семья переехала в Краснодарский край. Там работал журналистом, главным редактором газет, телекомпании, в пресс-службе губернатора. Попутно занимаясь музыкой, довольно часто путешествовал. Первая поездка за границу случилась в 1991 году — в Болгарию, любопытно, что в Москву мы вернулись в исторический день 19 августа. Интенсивно по стране и миру я стал ездить после того, как стал экспертом, после переезда в Москву. И да, мне нравится деловой туризм, когда ты не только знакомишься с новыми местами и людьми, но и работаешь. Несколько лет назад одноклассница вспомнила, что в детстве я хотел стать путешественником. Надо же, я забыл, а мечта сбылась.
— Смотрю на ветку вашей родословной в 18 веке — по мужской линии много военнослужащих — полковник, ротмистр, генерал-майор… А вы выбрали мирную профессию журналиста.
— Это по линии брата моего прадеда. Мои предки в 19 веке жили на Урале, многие были служащими, прадед в начале 20 века работал директором сельскохозяйственного училища в Красноуфимске. Моя прабабушка Татьяна Петровна Беринг перед войной работала в областной воронежской газете «Коммуна». Недавно я в очередной раз посетил Воронеж, интересно, что там есть улицы, носящие имена людей, которых она хорошо знала.
О ней есть упоминания в мемуарах. После войны она поехала работать в районку на юг области. Там осела семья, и я родился. Мне всегда были ближе гуманитарные занятия, но я полагал себя склонным к технике. На первые заработанные на каникулах деньги купил фотоаппаратфотоаппарат. Учился играть на гитаре.
Окончил за компанию с друзьями сельскохозяйственный институт, но волею судьбы пришел в журналистику. Впрочем, музыку надолго не бросал.
Владимир Михайлович и Раиса Ионовна Беринг, прапрадед и прапрабабушка. Середина 19 века. Фото: Из личного архива
— Всего в родословной установлено более 150 потомков Беринга. Вы встречались с кем-то из современников?
— Да. С помощью редактора районки из города Оса Пермского края, связанного с экспедицией Беринга, познакомился со своим дальним родственником — Маратом. Наш общий предок — Михаил, правнук Витуса Беринга.
Мы встретились с Маратом в Москве, а живет он в Бийске. Он поделился со мной генеалогическим древом, собранным в диссертации Элины Завадской. Там я быстро нашел своих родственников, самым старшим был Владимир Михайлович, сын Михаила, его фото есть в нашем архиве. Все так близко, и так далеко.
Любопытно, как сохраняется внешнее сходство. Мы с Маратом похожи, как похожи и на сохранившиеся фото предков. И все мы больше похожи на первый портрет
Витуса Беринга, а не на тот бюст, что недавно установили в аэропорту Петропавловска.
— Вы тоже считаете, что произошла ошибка?
— Да, прежний портрет был портретом дяди Витуса, но ведь новый совсем ни на него, ни нас не похож. Поэтому ни Марат, ни я не считаем новый облик достоверным.
— Сейчас поясню для читателей. В 1991 году по инициативе московского Клуба «Приключение», возглавляемого Дмитрием Шпаро, была организована российско-датская археологическая экспедиция на Командорские острова. Экспедиция обнаружила потерянное захоронение Витуса Беринга. Год спустя профессору Звягину удалось методом пластической реконструкции восстановить облик капитана-командора. То есть тот портрет, что был в наших учебниках географии и официально всегда считался лицом Витуса Беринга, как посчитали исследователи, относится к его дяде — Витусу Педерсену Берингу — датскому придворному поэту, в честь которого назвали мореплавателя.
В этой истории с восстановлением облика Беринга не могу спорить с учеными, но меня смутили некоторые данные. Например, весь экипаж, по историческим данным, мучился от цинги. Но в этих останках командора следов цинги не было обнаружено. Как так? Не мог же он один на судне питаться отдельно от команды луком и витаминными продуктами. И нигде нет информации о генетической экспертизе останков, хотя живущие потомки Беринга известны.
Мы поздравляем нашего гостя с днем рождения Беринга. Есть в этом некая параллель — мореплаватель открывал новые земли, проливы, а Владимир Касютин сегодня открывает для местной прессы просторы для творческих идей. И то, и другое — на благо страны.
Справка
Витус родился 12 августа 1681 года в датском Хорсенсе — небольшом портовом городе в центральной Ютландии. Отец его, Йонас Свендсен, работал таможенником
и церковным старостой, мать Анна происходила из обедневшего дворянского рода Берингов. Семья жила скромно, но родители заботились об образовании детей — два старших сына учились в Копенгагенском университете.
Витус же выбрал другой путь. Сбдетства его притягивал порт, он проводил там целые дни, расспрашивая моряков о дальних странах и морских походах. В 15 лет записался юнгой на голландский корабль и отправился в Ост-Индию. Восемь лет Витус Беринг ходил по морям, побывал в Индии, на Карибских островах, даже у берегов Северной Америки. Понимая, что для серьезной карьеры нужны знания, поступил в морской корпус в Амстердаме.
В 1703 году 22-летнего Беринга заметили агенты Петра I, которые искали моряков для строительства российского флота. Датчанин со знанием морского дела и опытом дальних плаваний оказался именно тем, кто нужен молодой морской державе. В России его стали звать на русский манер — Иван Иванович Беринг.
Беринг служил России 20 лет: воевал со шведами на Балтике, с турками на Азовском море, командовал кораблями «Мункер», «Перл», «Лесное». В 1713 году женился в Выборге на Анне Кристине Пюльзе, дочери местного коммерсанта. Брак оказался счастливым — у пары родилось восемь детей, хотя выжили только четверо: сыновья Йонас (1721), Томас (1723), Антон (1730) и дочь Анна (1731).
В 1724 году его карьера круто изменилась. Незадолго до смерти Петр I решил отправить экспедицию на край империи, чтобы выяснить, соединяется ли Азия с Америкой сушей или их разделяет пролив. Адмиралтейство предложило Беринга — он «в Ост-Индии был и обхождение знает».
Заслуги командора признали не сразу. В Петербурге результаты Первой экспедиции сочли неполными — мол, до Америки не дошел. Вторую экспедицию долго считали неудачной из-за больших потерь. Справедливость восстановил англичанин Джеймс Кук. В 1778 году, во время третьего кругосветного плавания, он прошел теми же водами. Встретив русских промышленников, Кук увидел их карты и был поражен точностью.
«Беринг очень хорошо обозначил этот берег, а широты и долготы его мысов определены с такой точностью, которой трудно было ожидать», — записал Кук в судовом журнале.
Оценив профессионализм русского коллеги, английский капитан предложил назвать пролив между Азией и Америкой именем Беринга. Это решение стало признанием международного масштаба русских достижений в северной части Тихого океана. С тех пор название закрепилось на всех картах мира.
Недавно во Владивостоке исследователи расшифровали письмо Беринга из фондов Музея истории Дальнего Востока, датированное 21 февраля 1726 года — периодом Первой Камчатской экспедиции. В нем командор сообщает о закупках для экспедиции, просит выделить продовольствие и снаряжение.
Письмо написано скорописью XVIII века, расшифровать его удалось не полностью. Но видно номер «132» в углу, который говорит, что Беринг вел обширную переписку. Сохранившиеся фрагменты показывают, с какой тщательностью он планировал каждую мелочь похода. В другом письме, адресованном тетушке, Беринг писал: «Жена моя, слава Богу, жива; из восьми детей трое живы, и скоро мы ждем четвертого».
Эти строки дают представление о том, какой ценой давались морские походы — не только командору, но и его семье.
Беседовала Жанна ЧИКРИЗОВА, газет "Пульс — Северное Приморье" (16+).
