Владимир Клавдиевич Арсеньев за работой. Фото: Из фондов музея им. В. К. Арсеньева

Начало путешествия длиною в жизнь: как Владимир Арсеньев оказался на Дальнем Востоке

И почему главный исследователь Приамурья в 27 лет променял столицу на дебри уссурийской тайги - в материале писателя Ивана Егорчева

Ровно 110 лет назад, в такие же сентябрьские дни – то по-летнему душные, то дождливые, то радующие осенней прохладой – по уссурийской тайге пробирался немногочисленный отряд казаков и нижних чинов. Вёл его проводник-гольд по имени Дерсу Узала, а командовал им 34-летний штабс-капитан Владимир Арсеньев, уже довольно опытный исследователь края. Это была его первая крупная экспедиция, нацеленная на изучение таких мест, в которые в буквальном смысле ещё не ступала нога европейского человека… Иван Егорчев, журналист и писатель, член Русского географического общества – Общества изучения Амурского края, лауреат премии им. В. К. Арсеньева, в материале для РИА PrimaMedia рассказывает когда, почему и как Владимир Клавдиевич оказался в Приморье.

Петербург – Владивосток

Владимира Клавдиевича Арсеньева (1872–1930), знаменитого исследователя Приамурья, учёного и писателя, многие искренне считают дальневосточником. По сути это так и есть: он прожил на восточной окраине России, во Владивостоке и Хабаровске, 30 лет, но родился на противоположном конце империи, в столичном Санкт-Петербурге. Впрочем, как и большинство тех, кто позже служил на российском Дальнем Востоке.

Руфина Георгиевна, мать Володи Арсеньева

Руфина Георгиевна, мать Володи Арсеньева. Фото: Архив Общества изучения Амурского края

Наверное, нет нужды останавливаться на подробностях начала его биографии; заметим лишь, что мальчика активно приобщал к познанию мира его отец, Клавдий Фёдорович, служащий железной дороги. В семье Арсеньевых, кстати, было девять родных детей и приёмная девочка-сирота. Такое количество малолетних артистов позволяло ставить самодеятельные спектакли, разыгрывать костюмированные сценки, в общем, проводить досуг активно.

Поощрялось чтение вслух; отец совершал с детьми воображаемые путешествия по географической карте мира, и вскоре приключенческие романы Жюля Верна стали любимыми книгами Владимира. Его дядя, Иоиль Егорович Кашлачев, собрав команду из своих сыновей и племянников, пускался в длительные, с ночёвками, речные плавания на лодке – это были первые походы Володи, ещё не самостоятельные.

Позже, вспоминая детские годы, Владимир Клавдиевич писал о своём отце:

"Я очень благодарен ему за то, что он сумел вселить в меня любознательность к страноведению в широком смысле этого слова... Если отец дал мне географическую канву, то брат матери И. Е. Кашлачев, страстный любитель природы, указал, как по ней надо вышивать узоры".

Обычный детский интерес к путешествиям превратился в осознанное стремление заняться изучением Восточной Сибири во время учёбы Арсеньева в Петербургском пехотном юнкерском училище. К слову, курс географии он изучал под руководством М. Е. Грум-Гржимайло, брата известного учёного и путешественника Г. Е. Грум-Гржимайло, прошедшего вместе с ним Западный Китай, Памир и Тянь-Шань. Понятно, что такой преподаватель мог научить многому...

Сказывалась и страсть к чтению: многое, в том числе книгу Н. М. Пржевальского об Уссурийском крае, а также другую литературу о путешествиях Владимир знал буквально наизусть. Но путь в училище лежал через воинскую службу: в ноябре 1891 года в возрасте 19 лет он поступил вольноопределяющимся в 145-й пехотный Новочеркасский полк. Минули 1893–1895-й, годы учёбы, после чего Арсеньев в звании подпрапорщика опять был направлен на службу в тот же 145-й Новочеркасский полк, расквартированный в Санкт-Петербурге, на Охте.

Владимир Арсеньев в форме юнкера

Владимир Арсеньев в форме юнкера. Фото: Архив Общества изучения Амурского края

К этому времени относится любопытная подписка "о благонадёжности", исполненная рукой В. К. Арсеньева. Фактически это первый известный нам автограф Владимира Клавдиевича; почерк ещё юношеский, неустоявшийся, но уже вполне характерный. Приводим документ полностью, сохраняя авторскую орфографию и пунктуацию:

"1895 года Декабря 4 дня, я нижеподписавшийся, дал сию подписку в том, что ни к каким тайным обществам, думам, управам и прочим, под каким-бы они названием не существовали, я не принадлежал и впредь принадлежать не буду, и что не только членом оных обществ по обязательству чрез клятву или честное слово не был, да и не посещал и даже не знал о них, и чрез подговоры об обществах, так и членах, также ничего не знал и обязательств без форм и клятв никаких не давал. Подпрапорщик Владимир Арсеньев".

И, наконец, 18 января 1896 года В. К. Арсеньев был произведён в подпоручики с переводом в 14-й Олонецкий пехотный полк в город Ломжа Царства Польского (бывшего тогда, напомню, частью России). То есть путь на Восток пока откладывался… За время службы в Ломже офицер прошёл специализацию по сапёрному делу, практически освоил топографию, на практике понял, какая карьера его ждёт и что для этого нужно делать.

Владимир даже успел жениться – в Петербурге в октябре 1897 года, в возрасте 25 лет. Избранницей молодого подпоручика стала его давняя знакомая Анна Кадашевич; обручились они, когда ей было всего 15 лет, а в 17 лет Анна стала офицерской женой. Свадьба прошла в Петербурге, на квартире у Арсеньевых; затем молодожёны уехали в Ломжу, где в гарнизоне, в довольно специфическом окружении, прожили ещё пару лет.

Спустя полвека Анна Константиновна рассказывала о жизни в Польше: "Арсеньев был домашнего склада человек: любил сидеть дома и работать или читать; гостей терпел, так надо было... Офицерскую среду не выносил: вино, сплетни, адюльтеры, "кто следующая", чинопочитание, базарные сплетни. Арсеньеву же нравилось путешествовать и "открывать" и "смывать белые пятна".

(Здесь и далее воспоминания А. К. Арсеньевой-Кадашевич приводятся в записи Г. Г. Пермякова (Хабаровск); опубликованы в альманахе "Рубеж" (Владивосток), №6 за 2006 год).

К слову, уже тогда проявлялся интерес Владимира Арсеньева к природе, о котором Анна Константиновна вспоминала так: "Я в Ломже всё время воевала с Володей. Он приносил домой всякую гадость: поставил террариум, там жили жабы... Были ящерицы... Замечу, что Володя был очень честолюбив. Он хотел поступить в военную академию Генштаба в Петрограде... Всё время готовился, каждую свободную минуту что-то учил, и вечером, и днём. Ещё возился он со зверьми – жучки, бабочки, всевозможные насекомые, всех на булавочку, и говорил мне:

– Нюра, посмотри, какая прелесть! Какая красота!

Я же не понимала этой красоты. Ещё он собирал птиц: чучела из них заказывал, гербарий собирал. Много растений знал наизусть..."

Во время службы в Ломже В. К. Арсеньев подавал рапорты по начальству, в которых писал так:

"Желая продолжать службу Его Императорского Величества в одном из отдаленных округов, прошу ходатайства... о переводе меня в одну из пехотных частей Квантунской Области или Приамурского Военного Округа".

Полковник Доможиров, командир 14-го пехотного Олонецкого полка, в своей аттестации характеризовал общие офицерские качества Арсеньева как "выдающиеся".

В конце концов это сыграло свою роль, и в мае 1900 года в возрасте 27 лет В. К. Арсеньев получил звание поручика и долгожданный перевод на тихоокеанскую окраину России, в 1-й Владивостокский крепостной пехотный полк. 11 июня того же года в Санкт-Петербурге у Анны родился первенец: сын Володя, которого стали звать Волей. Владимир-старший в это время тоже был в столице, собираясь в дальний путь.

И, наконец, 18 июня 1900 года поручик Арсеньев отправился на столь желанный и манящий Дальний Восток – пока один, без семьи: жена с ребёнком смогли приехать к нему только через год. Позже, когда Владимир Клавдиевич надолго уходил в экспедиции, Анна Константиновна брала сына и уезжала на это время в Петербург. Так что Воля вырос в буквальном смысле в дороге…

Анна Арсеньева с сыном Володей

Анна Арсеньева с сыном Володей. Фото: Архив Общества изучения Амурского края

Арсеньев добирался до нового места службы сложным путем: сначала поездом до Сретенска, затем пароходом – по Шилке до Амура и далее в Хабаровск, от которого до Владивостока – снова по железной дороге. Но по пути он вынужденно задержался в Благовещенске – как раз в это время в событиях внутри Китая ("боксёрское восстание") приняла участие российская армия.

С 8 по 25 июля 1900 года молодой офицер находился в составе Благовещенского отряда генерал-лейтенанта К. Н. Грибского и принимал участие в сражениях у города Сахаляна. Так состоялось его боевое крещение. Во Владивосток, на берег Тихого океана, он прибыл только 5 августа 1900 года. Спустя два года В. К. Арсеньева нашла его первая награда – серебряная медаль "За поход в Китай"; впрочем, он ей никогда не гордился, а в советское время даже скрывал это (как и само участие в военных действиях в Китае).

Служа во Владивостоке, В. К. Арсеньев в 1900–1901 годах исследует остров Русский, полуостров Муравьёва-Амурского, таёжные места от нынешнего Шкотовского района до рек Сучан и Даубихе, а также район реки Суйфун и территорию от Посьета до озера Ханка. Всё это он делает исключительно по собственной инициативе, как человек, наконец-то дорвавшийся до цели всей предыдущей жизни: загадочного и во многом неисследованного Уссурийского края, карта которого в буквальном смысле была покрыта "белыми пятнами"...

По Уссурийскому краю

В 1912 году в "Записках Приамурского отдела Императорского Русского географического общества" (Хабаровск) в статье о В. К. Арсеньеве было написано:

"Вначале все поездки предпринимались по доброй воле, на личные средства, самостоятельно, на свой страх и риск, часто в одиночку, с одним или двумя стрелками из числа желающих побродить по тайге, в горах на воле. В это время Приамурский генерал-губернатор Гродеков создавал музей в городе Хабаровске и поддерживал всех тех, кто работал в этом направлении. Одна из работ, именно: описание памятников, оставленных древнейшими маньчжурскими племенами на р.р. Майхэ, Цимухэ и Конгауз, была передана ему лесничим Пальчевским. Результатом этого было то, что генерал-губернатор Гродеков приказал время, потраченное Арсеньевым на работы, не считать отпуском, а посчитать командировкой и выдал суточные деньги".

Заметим, что многие из этих мест и сейчас остаются труднодоступными, несмотря на интенсивные рубки леса, проложенные с тех пор дороги и возникшие посёлки. А более века назад надо было в буквальном смысле слова продираться сквозь таёжные заросли, штурмовать сопки и овраги, переходить вброд горные реки да ещё и наносить весь пройденный маршрут на планшетку...

Главные цели такой деятельности были военно-тактическими – надо было наметить пути наступления и отхода войск на случай боевых действий, прикинуть рубежи обороны, оценить проходимость перевалов.

Однако во время своих походов офицер-разведчик всегда обращал особое внимание на остатки древних памятников, попадавшиеся ему, хотя воинские инструкции вовсе этого не требовали. Так проявлялся интерес Владимира Клавдиевича к археологии и этнографии – наукам, позже ставшим основными для него. Первые, ещё вполне схематические, описания и планы полуразрушенных крепостей и городищ, собственноручно выполненные В. К. Арсеньевым, относятся именно к тому времени…

В 1901 году поручик Арсеньев вступил в члены Владивостокского общества любителей охоты и затем стал одним из его директоров. В 1902 году его назначают исполняющим должность заведующего охотничьей командой, в начале 1903-го он становится начальником Владивостокской крепостной конноохотничьей команды. Упомянутые выше "Записки" уточняли:

"В 1902 и 1903 годах Арсеньев, состоя начальником охотничьей команды, имел уже возможность предпринимать и более отдаленные экскурсии с целью изучения окрестностей и сбора статистических данных о населении. Попутно с ведением разведок чисто военного характера велись дневники, в которых записывались наблюдения, имеющие научный интерес".

О том, каковы были эти "экскурсии", можно судить по описанию одной из них. Она проходила в ноябре-декабре 1903 года "в области Засучанья", когда отряд Арсеньева, перевалив нынешний Партизанский хребет, спускался вниз по рекам Сяо-Судзухэ (Лазовке) и Та-Судзухэ (Киевке). Путь от перевала до устья реки Сяо-Судзухэ охотничья команда под его командованием прошла за двое суток, при этом ещё не замёрзшую реку пришлось перейти вброд 48 (!) раз. Сначала воды было немного, но на последнем броде её уровень был выше пояса. Когда люди выходили на берег, их одежда обледеневала и ломалась.

При впадении Сяо-Судзухэ в Та-Судзухэ реки уже покрылись льдом, но его толщина была недостаточной, чтобы выдержать человека. Было решено переправляться ползком, причём первым это сделал сам командир.

Он вырубил две длинные палки для опоры на них, привязал к поясу верёвку и пополз по льду, который прогибался, выплескивая из трещин воду. У противоположного берега, где было уже неглубоко, Арсеньев всё же провалился, но веревка поперёк реки была натянута. Остальных членов отряда перетаскивали с её помощью, каждого на новом месте – чтобы не провалились...

Вскоре Арсеньев проявил себя и как исследователь. В 1903 году он вступил в Общество изучения Амурского края, где сошёлся со многими известными краеведами, познакомился с научной литературой, с методами полевых наблюдений. Так и не закончив никаких иных "университетов" кроме курса пехотного училища, Арсеньев тем не менее достиг очень многого в разных областях знаний – исключительно путём самообразования. Забегая вперёд, заметим, что даже в экспедиции он брал учебники и внимательно изучал их.

В марте 1905 года В. К. Арсеньев получил звание штабс-капитана, в июне на правах батальонного командира его назначили начальником летучего отряда, в который входили все четыре конноохотничьи команды крепости Владивосток. Это позволило Арсеньеву совершать уже не "экскурсии", а вполне полноценные экспедиции – правда, краткосрочные. Во время Русско-японской войны он занимался разведкой местности в хорошо знакомом районе: от реки Суйфун (Раздольная) до Майхэ (Артёмовка).

Итак, за 1900–1905 годы Арсеньев освоил и описал практически весь юг нынешнего Приморья. Настало время для более серьёзных и масштабных исследований.

Только что окончившаяся (и проигранная) война показала, что слабое знание русскими Уссурийского края далее недопустимо… 22 декабря 1905 года В. К. Арсеньев был переведён в Хабаровск, в штаб Приамурского военного округа; видимо, начальство оценило определённые заслуги офицера.

К сожалению, мы не можем судить о них, так как никаких служебных документов на этот счёт не сохранилось. Но его наградной список, хранящийсяв архиве ОИАК, говорит о многом: орден Св. Анны 4 степени (24 августа 1904 года), орден Св. Станислава 3 степени (8 июля 1905 года), орден Св. Анны 3 степени (12 июля 1905 года). Кроме того, уже после перевода в Хабаровск он был удостоен ещё и ордена Св. Станислава 2 степени (5 мая 1906 года).

Клавдий Фёдорович Арсеньев

Клавдий Фёдорович Арсеньев. Фото: Архив Общества изучения Амурского края

Поскольку документы на награждение подают заранее, можно с уверенностью предположить, что и этого ордена он был удостоен не за штабную работу, а за оперативно-разведывательную, относящуюся к периоду воинской службы во Владивостокской крепости.

Начинался новый этап в жизни и судьбе Владимира Клавдиевича Арсеньева... О знаменитых экспедициях и жизни Арсеньева в Приморье читайте в следующих материалах на сайте PrimaMedia в разделе "Это интересно!".

Использованы фотографии из архива ОИАК.

ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ:

Заповедное Приморье: удивительный край редких кошек, лотоса и женьшеня

Напитки покрепче: "подснежники" с ханшином, вино губернатора и завод "Уссурийский Бальзам"

Сихотэ-Алинь: дикий край краснокнижных животных глазами фотохудожника

7.09.2016

© 2005—2018 Медиахолдинг PrimaMedia