Людмила Кецлах: Меня пугает, что люди хотят замести этот мусор под ковер

Фотограф из США о своем проекте исторических хроник ГУЛАГа
Людмила Кецлах. Фото: предоставлено ЦСИ "Заря"

Людмила Кецлах родилась в г. Минске, там же окончила магистратуру Белорусского политехнического института по специальности "Термодинамика". Профессионально фотографией занимается с 2001 года. В 2017 году получила международную премию Kassel Dummy Book Award за книгу "Неопределенность бытия", позднее представленную на фотофорумах в Стамбуле, Москве, Риме, Мадриде, Дублине.

С 1979 г. Людмила живёт в небольшом городке Анн-Арбор (Мичиган, США). Инженер-механик по профессии, она стала фотографом "по причине своего желания исследовать разные миры, искать и документировать уникальные культуры, выступая против размывания этих культур в направлении опасного и скучного социального однообразия".

Во Владивосток Людмила прибыла, чтобы продолжить начатую в Карелии работу над историческими хрониками ГУЛАГа и сделать серию фотографий мест бывших исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений 30-60 годов ХХ века.

— Как возникла идея с проектом ГУЛАГ?

— Совершенно случайно. Когда я была в Карелии, на экскурсии на Соловках, меня вдохновили молодые гиды, которые удивительно виртуозно балансировали серьезной историей о ГУЛАГе на фоне красоты тех мест.

В этом году они снова пригласили меня приехать, но я поехала во Владивосток, решив, что здесь у меня будет больше информации. Но оказалось, что это не совсем так: больше информации в Хабаровске, Комсомольске-на-Амуре, Магадане.

Когда я приехала сюда, то увидела, что люди не хотят вспоминать об этом периоде истории – молодежь часто даже не понимает, о чем ты говоришь. И меня пугает, что люди хотят подмести этот мусор под ковер. А об этом нужно говорить, чтобы это не повторилось.

— Проект удалось завершить?

— Не полностью, я потратила много сил, времени и денег, но сделать удалось процентов на пятьдесят. Я ожидала большего. Мне даже к архивам не дали доступ.

— Может быть, это потому что вы гражданка США?

— Я бы не хотела искать политическую подоплеку и вообще говорить о политике.

Я искренне возмущена, что отношения России и США сейчас такие плохие. Когда я уезжала во время Холодной войны, и то не было таких плохих отношений.

Я не могу сказать, что в восторге от сегодняшнего президента США, но он искренне хотел бы дружить с Россией.

— По вашим прогнозам возможно ли мирное сосуществование всех государств на планете Земля?

— Нет. Я думала, что мир образумится после Второй мировой войны, но война с тех пор не прекращалась ни на один день в какой-нибудь точке земного шара. И надеяться, что завтра все станет замечательно и прекрасно, – наивно, а я — реалист.

Я взялась делать проект про ГУЛАГ, потому что считаю, что это одно из самых страшных преступлений за время существования человеческой цивилизации, когда государство планомерно осуществляло геноцид собственного народа, погубив миллионы честных людей, интеллигенцию России, Грузии, Европы, без какой-либо причины.

И это не должно быть забыто, потому что такое может повториться.

— А с оправданиями этого преступления вы часто сталкиваетесь?

— Впервые я с этим столкнулась на Дальнем Востоке. Мы несколько часов разговаривали с директором Музея ГУЛАГа в поселке Ягодном Сергеем Александровичем Паникаровым, и он объяснял, что все действия правительства были оправданы.

И не только от него я слышала версию, что хорошо, что были лагеря, потому что благодаря им был построен Дальний Восток.

Но что хорошего быть построенным на костях людей? И это еще больше мотивировало меня делать этот проект.

— У вас много проектов, где, как вы сами говорите, "показываете настоящую жизнь реальных людей", и как правило, это очень бедные люди, живущие в тяжелых условиях. Что вас привлекает в этом?

— Для меня главное – это эмоции, возможность передать, что человек чувствует. Часто мне приходится довольно долго стоять в трущобах, на жаре, в ожидании, пока герои ко мне привыкнут и покажут свои настоящие эмоции. Поэтому на фотографии можно видеть, как на свалке, где палят уголь, грязный папа с большой любовью берет ребенка на руки, потому что ему некуда его отнести. Они очень тяжело работают за очень маленькие деньги, а не попрошайничают на улицах. И это их жизнь, которой я искренне восхищаюсь.

Фото: предоставлено ЦСИ "Заря"

— Как возникла идея снимать людей, живущих в сложных социальных условиях?

— Мне неинтересно снимать высший класс Нью-Йорка, Москвы или любого другого мегаполиса, так как они все одинаковы. Один из российских арт-критиков написал про меня, что я никогда бы не стала таким фотографом, если бы родилась не в России, потому что мой интерес к таким темам социальных тягот – черта русского художника.

— Описываете страдания человека, как Гоголь и Достоевский?

— Я не могу сказать, что ищу страдания. Я ищу интересные небанальные истории, где я могу увидеть что-то человеческое. В Италии я снимала не помойки, а пасхальную процессию, и там было очень много эмоций, которые итальянцы совсем не боялись показывать. И это было так потрясающе, что я даже не смогла снять с первого раза.

Мой "кубинский" репортаж — про ностальгию. Кубинцы работают очень тяжело, а зарабатывают очень мало, например, учительница там получает 40 долларов в месяц, поэтому вынуждена подрабатывать официанткой. Но они очень открытые и веселые, хотя и живут на улице. И даже когда они тебя обманывают, они так мило улыбаются, что ты даже разозлиться не можешь. Это совершенно другой мир, и вот это совмещение их тяжелой жизни и легкого нрава было совершенно уникальным.

— Вы снимаете такие репортажи, чтобы как-то помочь и изменить ситуацию или просто показать, что есть совсем другой режим жизни?

— Один раз я попыталась собрать деньги, но мне не удалось, и я решила больше этого не делать — эксперты в этой области будут работать лучше. Я решила направить свои усилия на то, чтобы артикулировать этот вопрос, привлечь к нему внимание мирового сообщества.

— А если бы удалось собрать деньги, на ваш взгляд, это как-то бы реально повлияло на жизнь тех людей?

— При правильном администрировании деньги помогают.

— Как выжить в современном мире, который, кажется, сошел с ума?

— Главное — не сдаваться. Невозможно устоять перед прогрессом, поэтому люди должны принимать, приспосабливаться и регулировать быстрый темп. Люди должны быть гибкими, использовать любую возможность, чтобы расширять свои знания о мире или быть готовыми изменить его.

— Как бы вы описали себя: фотограф, исследователь, антрополог?

— Я бы назвала себя исследователем, который старается открыть жизнь через попытки записать и понять сущность человеческого характера. Я фотограф-документалист и занимаюсь социальными вопросами, которые меня волнуют.

— Почему вы стали фотографом?

— Было желание исследовать различные миры, искать и документировать уникальные культуры, выступать против растворения этих культур в социальной глобализации.

Я стремлюсь поделиться историями людей, которых я встречаю, потому что верю в то, что наш мир — это прекрасное и загадочное место, а люди, которые его населяют, — загадочные и увлекательные существа, каждый из которых имеет свой собственный уникальный опыт.

‡агрузка...

© 2005—2019 Медиахолдинг PrimaMedia