Первый халулаевец, родина Цоя и американские мины
Как десантники-тихоокеанцы освобождали порты КореиФото: Взято из открытых источников
Среди операций короткой, но ожесточённой Советско-японской войны 9 августа — 3 сентября 1945 года особое место занимают десанты — морские и речные. Советские бойцы высаживались на Курилах и Сахалине, на Амуре и Сунгари, готовились даже к занятию Хоккайдо. К 80-летию Победы над милитаристской Японией ИА PrimaMedia вспоминает о десантах тихоокеанцев в порты Кореи.
Юки, 11-12 августа: враг ещё не виден
Корейский полуостров должна была освобождать от японцев 25-я армия генерала Ивана Чистякова. Советское командование решило одновременно высадить десанты в портах севера Кореи, чтобы сорвать эвакуацию японских войск. Первым стал ближайший к Приморью порт, по-японски называвшийся Юки (по-корейски — Унги, позже переименован в Сонбон). 9 и 10 августа гавань и стоявшие в ней суда обработали бомбардировщики и торпедные катера. Высаженная в районе Юки разведгруппа вела наблюдение и сообщала обстановку по рации.
11 августа с Русского острова, из бухты Новик, вышли торпедные катера с передовым отрядом десанта, которым командовал уже тогда легендарный Герой Советского Союза старший лейтенант Виктор Леонов. На Северном флоте он командовал 181-м отдельным разведотрядом, провёл около 50 операций в тылу врага. Когда в преддверии войны с Японией началось усиление тылового Тихоокеанского флота опытными бойцами с Балтики, Черноморья и Севера, Леонов возглавил 140-й разведотряд ТОФ.
. Цой Ён Нам, прадед знаменитого музыканта Виктора Цоя. Фото: Взято из открытых источников
Гэндзан, 21-22 августа: "Вы умрёте, как крысы"
Пришла очередь Гэндзана (также — Гёнзан, ныне — Вонсан, где только что открылся международный курорт "Вонсан-Кальма"). Это был крупный и хорошо укреплённый порт. Его гарнизон пополнили отступавшие японские части, ожидавшие эвакуации на родину и потому сдаваться не намеренные. Всего здесь насчитывалось до 7000 японских солдат и офицеров. Император Хирохито уже объявил о капитуляции Японии, и гарнизону предложили сложить оружие. Японцы отказались, сославшись на отсутствие приказа от непосредственного командования. Из мемуаров генерала Кабанова: "Большие группы японских солдат, хорошо вооружённых, с пулемётами, располагались на улицах, но не мешали нашим десантникам. Возникло непонятное положение — ни мира, ни войны. Численное превосходство у противника, но он и не воюет, и не желает капитулировать…"
Из записок Виктора Леонова, высадившегося в Гэндзане 21 августа:
"Нас было 140 бойцов… Нас, десять представителей, повезли в штаб к полковнику… который хотел сделать из нас заложников. Я подключился к разговору тогда, когда почувствовал, что находившегося с нами представителя командования капитана 3-го ранга Кулебякина, что называется, припёрли к стенке. Глядя в глаза японцу, я сказал, что мы провоевали всю войну на западе и имеем достаточно опыта, чтобы оценить обстановку, что заложниками мы не будем, а лучше умрём, но умрём вместе со всеми, кто находится в штабе. Разница в том, добавил я, что вы умрёте, как крысы, а мы постараемся вырваться отсюда. Герой Советского Союза Митя Соколов сразу встал за спиной японского полковника, остальные также знали своё дело. Пшеничных запер дверь на ключ, положил ключ в карман и сел на стул, а Володя Оляшев (после войны — заслуженный мастер спорта) поднял Андрея вместе со стулом и поставил прямо перед японским командиром. Иван Гузенков подошёл к окну и доложил, что находимся мы невысоко, а Герой Советского Союза Семён Агафонов, стоя у двери, начал подбрасывать в руке противотанковую гранату. Японцы, правда, не знали, что запала в ней нет. Полковник, забыв о платке, стал вытирать пот со лба рукой и спустя некоторое время подписал акт о капитуляции гарнизона. Построили три с половиной тысячи пленных в колонну по восемь человек… Конвоировать такую колонну у нас было некому, тогда командира и начштаба я посадил с собой в машину. Если хоть один, говорю, убежит — пеняйте на себя". Второго Сейсина не случилось. Гарнизон, хотя и не без эксцессов, капитулировал…
После войны разведывательные отряды на флотах расформировали, однако вскоре воссоздали. В 1955 году появилась такая часть и во Владивостоке, в бухте Улисс, откуда её почти сразу перевели на Русский — в бухту Островную, по-старому — Холуай (Халулай). Бойцов 42-го морского разведпункта специального назначения ТОФ, считающихся наследниками отряда Леонова, так и прозвали — халулаевцы.
Дважды Герой Советского Союза Виктор Леонов (вторую звезду ему вручили за Корею) ушёл из жизни в 2003 году. Двенадцать лет спустя "первому халулаевцу" открыли памятник на том самом Русском острове, откуда в 1945 году десантники Леонова выдвигались к портам Северной Кореи.
Пхеньян, монумент «Освобождение». Фото: Василий Авченко
Пхеньян, монумент «Освобождение». Фото: Василий Авченко
Виктор Леонов в гостях у морского спецназа «Холуай». 1965 год, остров Русский. Фото: Взято из открытых источников