PrimaMedia, 8 сентября. Совсем скоро, в октябре, мы отметим 330-летие со дня образования Российского флота. С момента появления и по сегодняшний день его история хранит множество славных традиций. Одна из них — отбивание склянок с использованием корабельного колокола, которая корнями уходит в романтическую эпоху парусного флота. С тех пор колокола почти три столетия определяли повседневный уклад экипажей кораблей. Подробности — в материале информационного партнера, главного вестника Тихоокеанского флота — газеты "Боевая вахта" (16+).
Первый колокол на корабле, по мнению большинства историков, появился на флагманском судне "Пеликан" знаменитого английского корсара Фрэнсиса Дрейка, отправившегося по велению королевы Елизаветы осенью 1577 года из Плимута на поиски новых земель.
В России корабельный колокол появился почти на сто лет позже. Чтобы обезопасить плавание купцов в низовьях Волги и Каспийском море, царь Алексей Михайлович 19 июня 1667 года повелел "делать корабли в Коломенском уезде селе Дединово". Два года спустя двухмачтовый парусник "Орёл" с экипажем в 60 человек отправился в первое плавание по Оке в Нижний Новгород. Там корабль вооружили шестьюдесятью пищалями и снабдили колоколом. Документальное подтверждение этому имеется в "росписи" капитана корабля Давыда Бутлера о закупке корабельного снаряжения. Среди прочего в ней значится "колокол в полпуда для корабля и другой поменши в четыре фунта для яхты". Но окончательно колокол обрёл постоянный статус на российских кораблях лишь в середине XVIII века. В Морском уставе Петра I (1720) при перечислении обязательного шкиперского (палубного) имущества значится и "колокол корабельный".
Звон рынды сквозь века: как корабельный колокол стал душой флота. Фото: из архива "Боевой вахты"
Ещё на парусном флоте время измеряли с помощью песочных часов, которых хватало на полчаса. И каждые полчаса их приходилось переворачивать. Этот отрезок времени назывался склянкой. И каждый переворот песочных часов сопровождался ударом судового колокола. Таким образом, "бить склянку" означает отмечать ударами в судовой колокол каждые полчаса. Склянки в морской жизни играли далеко не последнюю роль, определяя распорядок корабельной жизни.
Традиция отмечать текущее время ударами в колокол сохранилась до наших дней.
В Корабельном уставе Военно-Морского Флота упоминается порядок отбития склянок на надводных кораблях 1 и 2 ранга. Склянки отбивают каждые полчаса, причём в 12:00 отбивается рында — три троекратных удара в судовой колокол.
Для громкого и мелодичного звона корабельный колокол отливался из специального сплава олова, меди и цинка. Иногда в этот сплав добавляли драгоценные металлы. В зависимости от соотношения металлов и рождался звук корабельного колокола. Опытные мастера меняли пропорции в составе сплава, чтобы придать своему колоколу неповторимый "голос".
Звон рынды сквозь века: как корабельный колокол стал душой флота. Фото: из архива "Боевой вахты"
Кстати, сегодня на кораблях есть ещё представители корабельного колокола — колокола громкого боя. От своего пращура они отличаются весьма скромными размерами, но голосистости им не занимать. Именно они установлены в коридорах, на боевых постах, в столовой личного состава и других помещениях и возвещают о поступающих от командира сигналах. Эти сигналы знает каждый член экипажа.
Говоря о корабельных колоколах и рындах, нельзя не вспомнить и о Нахимовском училище, которое использует рынду вместо привычного звонка. 1 сентября под раскатистый звон рынды владивостокские нахимовцы пошли на свой первый в новом учебном году урок. Звон колокола останется в их памяти на долгие годы символом флотской традиции, к которой причастен каждый из них.
На кораблях с давних пор с почтением относились к колоколу. И сегодня, как и сотни лет назад, матросы до блеска начищают корабельные колокола и другую, как говорят моряки, медяшку, имея в виду разнообразные детали из меди. Если колокол содержится в порядке, ясно: флотскую службу на борту несут исправно. Каждые полчаса вахтенный матрос берётся за короткую снасть, прикреплённую к языку колокола — она называется рында-булинь, — и отбивает склянки. Услышав звон колокола, все члены экипажа безошибочно узнают, какое сейчас время и не пора ли им собираться на вахту. Корабельный устав и по сей день сохранил команду "Склянки бить!". Такова флотская традиция.
Звон рынды сквозь века: как корабельный колокол стал душой флота. Фото: из архива "Боевой вахты"
В наше время на кораблях имеются тифоны, гудки, ревуны, спикеры и мегафоны, во много раз усиливающие человеческий голос. Есть и другие средства оповещения судов, находящихся в опасной близости друг к другу. Но корабельный колокол и сегодня не потерял своего первоначального назначения. Когда непроглядный туман внезапно опускается на море, звучит корабельный колокол, предостерегая об опасности.
И ещё одна деталь. Если корабельные колокола не имели отношения к церковным, то их собратья, так называемые маячные или туманные колокола, иногда были сняты с церковных колоколен. Предназначались они для подачи звукового сигнала дополнительно к световому в условиях плохой видимости. Во время службы в Сахалинской флотилии довелось повидать некоторые из таких колоколов.
Ещё в 1885 году на мысе у входа в Императорскую гавань был построен первый маяк на берегу Тихого океана, установлены фонарь и колокол, отлитый на заводе П.И.Оловянишникова. Не раз от старых маячников слышал утверждение, что звон колокола освящает воздух, утешает бури, вихри, гром и град, укрепляет человека в вере. Из девяти маячных колоколов, которые несли вахту на побережье Татарского пролива, специально для маяка был отлит колокол, установленный в 1897 году на маяке Орлова. Он отличался меньшими размерами, без надписей, по форме напоминал корабельную рынду.
Колокол с маяка Датта имеет для дальневосточников особую ценность. Он был пожертвован Николаем II для церквей, сооружённых в районе Транссибирской магистрали. Всего таких колоколов было шесть. Отлили его на заводе В.Орлова в Санкт-Петербурге в самом начале XX века. Об этом говорит надпись на поверхности колокола: "Звонъ сей отлитъ в лето от рождества христова 1900-е изъ меди высочайше".
Самый старый из маячных колоколов Тихого океана служил на маяке Жонкиер, куда он попал в год постройки маяка, в 1985-м, из Синеозёрского монастыря Благовещенья Пресвятой Богородицы. На колоколе надпись: "Государь и Великий Князь Алексей Михайлович всея Руси дал сей колокол животворныя Троицы в святые Богородицы Благовещенью Пустыню Синозерскую при строителе черном попе Моисее лета 7159 марта 8 дня". Сведения об этом колоколе известны по справке гидрографов, в которой в надписи проставлена дата 7159 год, написанная арабскими цифрами, на самом деле в то время даты записывались буквами. Летосчисление шло от сотворения мира. 7159 год соответствует 1651 году. Сейчас этот колокол в церкви города Александровска-Сахалинского. А колокол с мыса Милютин уехал в Тюмень и находится на колокольне Знаменского кафедрального собора.
Звон рынды сквозь века: как корабельный колокол стал душой флота. Фото: из архива "Боевой вахты"
Вокруг колокола с маяка Сюркум шумели настоящие баталии: он тоже должен был уехать на Урал, в Екатеринбург. Но совместными усилиями Хабаровской епархии, министерства культуры Хабаровского края и общественности удалось отстоять его. Теперь этот колокол — памятник истории и культуры краевого значения. Он отлит во второй половине XIX — начале XX века на заводе Финляндского в Москве, где были изготовлены колокола для храма Христа Спасителя в Москве в 1877 году. До 1986 года звон этот честно служил маячным колоколом. Он достаточно большой: верхняя окружность 140 см, нижняя — 400 см, вес — 58 пудов 32 фунта (963 кг). Поверхность его украшена полосами орнамента и овальными медальонами с изображениями Спаса Вседержителя, Богоматери "Умиление" Серафимо-Дивеевской, святых Иоанна Крестителя и Николая Чудотворца. На валу, в районе боя три рельефных изображения герба Российской империи (пятая разновидность, 1859–1917 годы). Этот колокол имеет утраты и трещины на внутренней поверхности.
Находится он на территории военной части в посёлке Заветы Ильича, где создан самодельный мемориальный комплекс, в который и включён этот колокол Животворящей Троицы. Именно этот колокол я впервые увидел, оказавшись на Сахалинской флотилии в 1987 году. Огромный, величественный, с надписями славянской вязью, он вызывал восхищение и любопытство у каждого, кто проходил мимо. Установлен он был на территории штаба объединения, у центральной аллеи.
Кстати, уже после того как Сахалинская флотилия, а затем и морская база в посёлке Заветы Ильича были сокращены, колокол чуть было не отправили во Владивосток, но этому не суждено было сбыться.
Звон рынды сквозь века: как корабельный колокол стал душой флота. Фото: из архива "Боевой вахты"
В настоящее время корабельные колокола хранятся на кораблях-памятниках: крейсере "Аврора" и мемориальном сторожевом корабле "Красный вымпел".
Хранителями корабельных колоколов становятся музеи, где они выполняют роль своеобразных вещественных символов исключённых из состава ВМФ кораблей.
Недавним таким примером стала передача рынды малого противолодочного корабля МПК-221 его командиром капитаном 3 ранга Павлом Канунниковым Военно-историческому музею Тихоокеанского флота.
В беседе с начальником Военно-исторического музея ТОФ Евгением Журавлёвым удалось узнать, что флотский музей располагает внушительным арсеналом корабельных колоколов, передаваемых тихоокеанцами на хранение. Среди них — колокола с МПК "Кореец", базовых тральщиков БТ-114, БТ-215. Есть и уникальный экспонат, поступивший в музей с Камчатки. Это колокол соединения измерительного комплекса, обеспечивающего полёты космических кораблей, на котором остались названия ушедших в историю кораблей космической экспедиции.
Также Национальный музей Республики Бурятия получил рынду с корабля, на котором служил матрос Тихоокеанского флота, Герой России Алдар Цыденжапов. Передача рынды с эсминца "Быстрый" проходила в торжественной обстановке. Памятный экспонат представлен на постоянной выставке "История Бурятии". Экспозиция рассказывает о жизни, службе Героя России и его подвиге.
Корабельные колокола, о которых мы рассказали, сегодня в своём большинстве молчат, но особым звоном над волнами слышится сквозь годы память о кораблях, чьи экипажи золотыми буквами вписали в историю Тихоокеанского флота свои подвиги во имя Отечества.
Юрий Тракало, "Боевая вахта"
